Он замирает в дверях, прислонившись плечом к косяку и скрестив руки на груди. Смотрит на меня со спины — как я вожусь с туркой, как сосредоточенно хмурюсь, глядя на поднимающуюся пенку. В этом моменте нет ни пафоса, ни привычных игр — просто двое людей в мягком утреннем свете стамбульского номера, где запах кофе начинает медленно вытеснять остатки ночного сна.

Я чувствую его взгляд своими лопатками, тяжёлый и внимательный. Он молчит, но эта тишина больше не давит; она обволакивает, создавая иллюзию, что весь мир за пределами этой кухни перестал существовать.

Когда кофе готов, я разворачиваюсь, чтобы подать ему чашку. Марк делает шаг вперёд, сокращая последние сантиметры между нами. Он протягивает руку, и в тот момент, когда его пальцы смыкаются вокруг керамики, он намеренно задерживает их на моих. Короткое, почти случайное касание, но от него по телу пробегает ощутимое электрическое напряжение.

— Спасибо, — тихо добавляет он. Голос звучит непривычно низко, без тени иронии.

Он делает первый глоток, прикрывая глаза от удовольствия, и я замечаю, как он наконец полностью расслабляет плечи. Эта мимолётная вспышка искренности была настолько настоящей, что она всё ещё вибрирует в воздухе, заставляя сердце биться чуть быстрее.

Кофе даже не успевает остыть, когда в дверь звонят — приехал мой заказ. Спустя пару минут я вваливаюсь в номер, едва видя дорогу из-за горы пакетов, которую тащу за собой. Марк, всё ещё с чашкой в руке, замирает, и я буквально слышу, как в его голове происходит сбой системы. Он с нескрываемым шоком наблюдает за этим бесконечным караваном вещей, а когда в ответ на его немой вопрос я на ходу показываю ему язык, в его взгляде вспыхивает праведное возмущение.

— Ты что, решила перевезти сюда весь склад? — вскрикивает он, едва не выплеснув кофе, и стремительно отставляет чашку в сторону. — Мы собирались просто искупаться, а ты, кажется, готовишься к запуску собственной линии пляжной одежды!

Он тут же пристраивается у меня за спиной, словно ищейка, учуявшая след. Марк пытается на лету выудить что-то из одного из пакетов, его пальцы почти касаются ткани, но я ловко уворачиваюсь. Внутри всё прыгает от азарта; я буквально пролетаю мимо него, используя пакеты как щит, и с победным триумфом заскакиваю в комнату.

Я с громким шелестом скидываю всё великолепие на кровать, ощущая почти физическое удовольствие от того, что всё-таки обхитрила его. Но не успеваю я даже выдохнуть, как Марк оказывается в дверях. Он принимает позу «непробиваемого охранника», перегораживая выход своими плечами и отрезая мне путь назад в гостиную.