— Знаешь... — он вдруг усмехается, и эта ухмылка кажется мне почти ласковой. — Если бы мне кто-то сказал месяц назад, что я буду в Турции прыгать в воду с какой-то магической девчонкой из другого мира, я бы посоветовал этому человеку сменить психиатра. Но, чёрт возьми, это самый лучший контент в моей жизни. И я даже не буду это снимать.

— Опять я тебе весь контент обломала своими дурачествами, да? — я смущённо прикусываю губу, чувствуя себя немного виноватой за этот спонтанный порыв.

Марк на мгновение замирает, и его взгляд становится таким проницательным, что я чувствую себя совершенно открытой, словно он видит меня насквозь. Он коротко, почти неосознанно, усмехается, но в этой усмешке нет ни капли издёвки — только что-то очень личное и тёплое.

— Ой, только не начинай этот режим «виноватой девочки», — он чуть сильнее сжимает мои плечи, притягивая к себе. Я чувствую, как расстояние между нами сокращается, и сердце начинает стучать ещё быстрее. — Это было бы слишком предсказуемо. И вообще, кто сказал, что я «обломан»?

Он замолкает на секунду, глядя на меня с какой-то странной, почти болезненной искренностью, которую обычно скрывал за миллионами пикселей и фильтрами. В этот момент я вижу настоящего Марка — без масок и сценариев.

— Понимаешь, Мел... весь мой контент — это фасад. Идеальный свет, правильный ракурс, продуманные фразы. Это скучно. А вот это... — он кивает на наши мокрые волосы и разбросанную на песке одежду. — Это живое. Это настоящий кайф, когда забываешь про объектив и просто... чувствуешь, что ты здесь.

Он легонько толкает меня в плечо, снова переходя в режим игры, и я чувствует облегчение от того, что он возвращает нас в привычное русло подколов.

— А теперь — назад в бой! Или ты уже сдаёшься и признаёшь моё полное превосходство?

— Поплыли до буйков? — мои глаза азартно зажигаются. Я чувствую, как во мне просыпается дух соперничества.

Марк на мгновение замирает, глядя на мой взгляд. В его глазах мелькает что-то среднее между «о боже, зачем я с ней связался» и «чёрт, а я в деле». Он медленно выдыхает, и на лице расплывается та самая самоуверенная, почти хищная ухмылка, которая обычно означает: противника собираются разнести в пух и прах.

— До буйков? — он приподнимает бровь, вызывающе глядя на меня. — Ты сейчас серьёзно предлагаешь соревноваться в плавании с человеком, который в детстве чуть не стал олимпийским чемпионом, пока не поставил родителей перед фактом, что стримить выгоднее?

Он резко отпускает мои плечи и отплывает на пару метров назад, принимая «стартовую» позу и с иронией окидывая меня взглядом.