Он касается экрана монитора прямо там, где находится моё лицо. В этот момент в груди раздаётся резкий, почти физический укол. Любовь, всё ещё живущая во мне, создала невидимую нить между двумя мирами. Понимаю: он не забыл меня. Разум стёрт, но сердце всё ещё помнит код доступа к моей душе.

— Я чувствую твою тоску. Она вибрирует даже сквозь стенки моей сферы, — участливо звучит механический голос Алонсо.

Хочу ответить, но он перебивает:

— Я помню его по твоим воспоминаниям. И я вижу, как он страдает. Даже не помня тебя, он ощущает эту пустоту.

Алонсо подлетает ближе, касаясь моего виска мягким свечением. Сердце больно щемит, и я резко схлопываю магический канал. Видение исчезает, оставляя меня один на один с пустотой. Внутри снова разрастается та самая боль, которую я так отчаянно пыталась спрятать за рангами и силой.

— Я знаю, что ты чувствуешь, — тихо говорит Алонсо. — Но помни: в этом стерильном мире ты не одна. Я всегда буду рядом. Всегда буду твоим другом.

В голове бушует ураган из эмоций, но одна мысль сейчас сияет ярче всех остальных, заставляя насторожиться:

«Ни один из текстов, даже самых древних, не упоминал о спонтанном восстановлении резерва».

Однако даже Алонсо не в силах помочь мне с этой информацией.

Я всё больше пропадаю в архивах, почти не ем и не сплю. Жизненно необходимо понять, что это было и как это повторить. В таком состоянии меня и находит мама.

— Лисса? Девочка моя, ты себя совсем загнала...

Она замолкает, и в этой тишине я чувствую тяжесть её руки на плече. Она сжимает его крепче, и в этом жесте вдруг проступает не строгость наставницы, а какая-то старая, давно забытая человеческая нежность. Мама медленно обводит взглядом разбросанные свитки и мои лихорадочные записи.

— Ты ищешь ответ в книгах, Лисса, — тихо произносит она, и её голос больше не звучит механически. — Но правда в том, что в архивах Этерии этого нет. Потому что здесь... здесь эта истина считается ересью. Или, что ещё хуже, наивностью.

Замираю, боясь даже дышать. Мама отводит взгляд в сторону окна, где сияние нашего мира переливается холодным золотом.

— В Этерии магия разлита в самом воздухе. Она повсюду. Мы дышим ею, не замечая, она течёт в нас по праву рождения. Здесь резерв восполняется автоматически, как вдох и выдох. Мы привыкли считать, что сила — это вопрос дисциплины, рангов и тренировок. Но всё иначе в мирах, где магии почти нет... в таких мирах, как тот, где ты была.

Она снова смотрит на меня, и в её глазах я вижу отражение какой-то собственной, давней тайны.

— Там, где воздух пуст и безмолвен, магия не берётся извне. Она рождается внутри. Из того, что сильнее самой природы. Из чувств, которые способны перевернуть основы мироздания.