— Серьёзно, если бы ты могла расширять внутренний объём желудка по щелчку пальцев, ты была бы богом всех фуд-блогеров. Ты могла бы съесть весь этот город, а потом просто «сжать» еду обратно в компактный размер. Это был бы самый эпичный контент в истории интернета. «Маг против всего меню Стамбула» — просмотры бы просто взорвали все серверы.

Я тихо смеюсь, качая головой. Только Марк мог превратить мою магическую природу в стратегию продвижения в соцсетях.

Он воодушевлённо улыбается, но тут же замечает официанта с первым подносом. На нём уже дымятся маленькие стаканчики с чаем и лежат тарелки с ароматными сырами и оливками. Запах ударяет в нос — резкий, солёный и невероятно аппетитный. Я чувствую: мой организм полностью согласен с планом Марка.

— Ладно, хватит теории, переходим к практике, — Марк быстро перехватывает один из стаканов-тюльпанов, ощущая его жар. — Давай, пробуй. И только попробуй сказать, что это «обычно». Я этого не переживу.

Его наигранная пафосность меня смешит. Я стараюсь удерживать лицо, но с каждым разом это становится всё труднее. Губы сами расплываются в улыбке от его заряженного позитивом энтузиазма.

Я осторожно беру свой стаканчик. Стекло обжигает пальцы, но аромат чая — густой, терпкий, с лёгкой горчинкой — кажется мне сейчас самым правильным запахом в этом городе. Я смотрю на Марка, который замер в ожидании моего вердикта, и чувствую, как внутри разливается странное тепло, не имеющее отношения к температуре напитка.

— Посмотрим, — отвечаю я и делаю первый глоток.

Жидкость обжигает язык, но вслед за жаром приходит вкус. Горячий, пряный, с ароматом трав и... мелиссы? Я замираю, удивлённо глядя на Марка.

Он собирается что-то сказать, но, заметив мою застывшую позу и то, как я замерла с чашкой у губ, осекается. Марк прищуривается, внимательно изучая моё лицо, и в его глазах снова вспыхивает любопытство.

— Что? — он понижает голос, подаваясь вперёд. — Только не говори мне, что он слишком горячий или ты нашла там какой-нибудь «неправильный» ингредиент. Я же говорил — это лучшее место на районе!

Я молча смотрю на него, а потом снова в тёмную, насыщенную жидкость в стакане. Аромат слишком явный, чтобы быть случайностью. Тонкая, едва уловимая нотка, которая в этом мире была бы просто приятной добавкой к чаю, для меня сейчас звучит как знакомый аккорд из дома.

— Мелисса? — тихо переспрашиваю я, скорее для себя, чем для него.

Марк на секунду зависает, а потом его лицо расплывается в широкой, почти торжествующей ухмылке. Он тихо смеётся, и в этом смехе звучит искреннее удовольствие от того, что он снова оказался «в теме».