Лучшая часть? Нико одерживает свою первую победу в скоростном спуске. Парень сияет перед камерами, облитый шампанским, его улыбка такая широкая, что могла бы осветить всю долину. Сегодняшний вечер запомнится надолго.

Я ныряю в пресс-центр, позволяя жужжанию журналистов заполнить пространство позади меня. У кофемашины появляется Мэдди, ее значок болтается на шнурке.

- Как пульс? - спрашивает она.

“ Отдыхаю, ” отвечаю я, улыбаясь. - Пока.

Она делает глоток из своей чашки, скользя взглядом по горе за высоким стеклянным окном. - Я не думал, что он вернется сюда так скоро.

Я пожимаю плечами, грея руки о бумажный стаканчик. “ На этот раз он не гонялся за заголовками. Он гонялся сам за собой.

Мэдди делает глоток кофе, ее взгляд скользит по горе за высоким стеклянным окном. - Вот почему с ним все будет в порядке.

Она криво усмехается. “Знаешь, я могла бы написать книгу просто о цирке лыжных романов. Де Лоренцо и Костнер чуть не сломали интернет еще до того, как появился TikTok. А теперь вы двое ... Она замолкает с озорной улыбкой. “Ну, давай просто скажем, что у меня никогда не бывает недостатка в материале”.

Мы стоим в коридоре, гул голосов стихает, сменяясь уютной тишиной.

Я искоса смотрю на него, затем тихо спрашиваю: “Кстати, как прошло твое лето?”

Ее плечи приподнимаются, опускаются. “Незаконченное”. Она улыбается, но улыбка слабая, хрупкая. Затем, после паузы: “Но я все еще здесь”.

Из аппарата с шипением вырывается пар, нарушая момент. Я киваю, потому что понимаю, что она имеет в виду. И все же этого достаточно.

Финишная прямая все еще гудит — Нико разбрызгивает шампанское, репортеры толкаются, тренеры кричат в рации, — когда я вижу его.

Томас. Шлем снят, защитные очки болтаются на шее, волосы влажные от пота. Его грудь все еще вздымается после бега, дыхание белым облачком вырывается в январский воздух.

Он ловит мой взгляд. И на мгновение остальной шум стихает.

Я иду к нему, пробираясь сквозь толпу, пока нас не разделяет барьер. Он не двигается, не говорит, просто наблюдает за мной с той кривой, почти улыбкой, которая всегда значила больше, чем слова.

Наконец, он говорит грубым, но легким голосом: “На этот раз я даже не напугал тебя”.

Я выдохнула, сама не зная, что задержала дыхание. “ Ты сделал. Но меньше, чем обычно.

Его лицо расплывается в широкой мальчишеской улыбке, и я не могу не соответствовать ей.

“ Пошли, ” говорит он, кивая головой в сторону склона позади нас. - Давай убираться отсюда, пока кто-нибудь не ткнул мне микрофоном в лицо.

Я киваю. Отойди от барьера.

И вот так я следую за тобой.