По личным ощущениям весь цикл дыхательных упражнений занимал минут пятнадцать, он начинался с «вихляний» на месте, а затем переходил в шаги по всей звезде. Со стороны это было похоже не то на пляску сумасшедшего брейк-дансера, не то на вычурную спортивную ходьбу. В целом помогало, однако Елене никак не удавалось достичь постоянства процесса, прочувствовать его и сделать неотъемлемым элементом любого поединка. Это злило и снова заставляло чувствовать ущербность.

— Все, закончили, подбери деревяшку, — для разнообразия Чертежник ударил палкой в пол, гулко и резко, так, что Елена вздрогнула.

— Ты по-прежнему боишься удара.

Елена смолчала, подумав, что вот уж чего не боится точно, так это ударов, благо стараниями Чертежника и его палки ученица их получила уже сотни.

— Когда в рожу летит клинок, ты моргаешь. Иногда чуть отворачиваешься, откидываешь голову. Это плохо. Но исправимо. Обычно надевают очки или маску из прутьев, чтобы кидать потом в лицо всякую гадость. Есть способ лучше.

Чертежник продемонстрировал монету, обычный грошик, отполированный до стирания чеканки. Маленький кружок светлого металла в длинных пальцах мастера.

— Смотри, запоминай, будешь делать сама.

Легким движением пальцев Чертежник отправил монетку Елене, та поймала столь же экономно и легко.

— Возьмешь ковш или ведро, — указал мастер. — Не важно, главное, чтобы голова пролезла. Нальешь воды. Теплой для начала. На дно бадейки кинешь деньгу.

Он сопровождал каждую фразу соответствующими жестами, словно не надеялся на разум ученицы. Елена сжимала в пальцах грошик и удивлялась, монета казалась прохладной, словно и не лежала в гульфике рядом с телом. Как будто у Чертежника вообще не было собственной температуры.

— Дальше следует наклониться и посмотреть на монету. Глаза расслабить, взгляд «широкий», как в бою. А затем резко суешь морду в ковш!

Фигуэредо звучно хлопнул в ладони, так, что Елена вздрогнула.

— Вот так моргать не надо, — длинный костлявый палец указал точно в правый зрачок ученицы, и женщина подавила инстинктивное желание шагнуть назад. На мгновение показалось, что старик хочет вытащить ей глаз.

— Фокус простой — не терять монетку из виду, ни на мгновение! Это для глаз не опасно, однако будет неприятно. В самый раз, чтобы учиться держать взгляд, несмотря ни на что. Когда сможешь повторять без всяких заминок, надо брать воду холоднее и холоднее. Великие мастера упражнялись с бочкой, где плавали ледышки, но для тебя это лишнее.

— Но… — осмелилась возразить Елена. — Я же так…

Снова мешал языковой и понятийный барьер, как быстро и доступно объяснить полусумасшедшему фехтмейстеру, что переламывать защитный инстинкт не к добру? И Такеши Китано так едва не ослеп на съемках «Затойчи», слишком войдя в роль слепца. А еще ученица почувствовала приступ ужаса, осознав, что осознает смысл, но забывает слова. «Инстинкт», «съемки» — она понимала, что это значит, но чтобы вспомнить родную речь, требовалось напрячь память. А японский актер вообще колыхался в памяти как фотография, полустертый образ.