Наши взгляды встречаются, и у меня перехватывает дыхание, когда вижу в его глазах лишь торжествующий блеск. Я еще даже не сдалась, а он уже пришел праздновать победу.

Или же он считает моим поражением то, что нашел меня в таком виде: грязную, невыспавшуюся и теперь занесенную в федеральную базу данных.

Я расправляю плечи.

Да конечно, хрен тебе.

Я кривлю губы:

– Знаешь, я бы не назвала егонеудачным.

Он слегка выгибает бровь:

– Нет?

– Не-а,– качаю головой.– По правде говоря, я бы, наоборот, назвала егоочень удачным. Никакого доступа к гаджетам, сбежать невозможно… Это своего рода ретрит от цифровой интоксикации, за который люди выкладывают тысячи долларов, а здесь бесплатно. И без отвлекающих живописных видов на пляж или Гранд-каньон. – Я бросаю взгляд на стену, где кто-то бледным маркером нарисовал на удивление анатомически точный рисунок пениса. – Ну вот, к примеру, отличная картина.

На мгновение воцаряется тишина, и под тяжестью взгляда его темных глаз у меня начинается зуд, а потом он произносит:

– Значит, действительно повезло.

Вот именно. Рассчитывал найти меня расстроенной и плачущей, как ребенок, навзрыд. Думал, я покорюсь любой участи, которую ты для меня уготовил?

– А знаешь, что в этом всем самое интересное?

Он с подозрением смотрит на меня.

– Что же?

–Все это время мне нечем было заняться, так что оставалось только размышлять. – Я сурово смотрю ему в глаза. – И по-моему, мне удалось сложить воедино множество мелких кусочков. Просто не до конца разобралась в общей картине.

По его лицу медленно расползается самодовольная улыбка кота, который облизывается после того, как сожрал мышь. Словно именно этого момента Адриан и ждал.

– Я расскажу тебе все, милая. Все, что пожелаешь.

Я прищуриваюсь.

С радостью расскажешь.

Теперь, когда все сработало в точности, как ты планировал, уверена, ты будешь более чем счастлив посвятить меня во все детали плана, который разрушил мне жизнь.

С долей ехидства я подумываюни о чем не расспрашивать и испортить фееричную кульминацию, которую он готовил столько месяцев, а, возможно, и лет.

Но любопытство пересиливает.

– Хорошо, – киваю, выпрямляясь. – В таком случае давай поиграем. Правда или ложь? Ты купил мой дом.

Он даже бровью не ведет.

– Правда.

– И ты следил за мной дольше, чем те три месяца, которые живешь в Нью-Йорке.

– Правда.

– С того дня, как я уехала из Лайонсвуда? – спрашиваю я, и Адриан со странным выражением склоняет голову набок.

– Милая, зачем задавать вопросы, ответы на которые уже и так знаешь? Ты же читала досье в кабинете. Тыточно знаешь, сколько я за тобой следил.