– Это и правда кажется странным… – И тут я внезапно замолкаю, потому что меня осеняет.

Да быть не может такого.

– Оушен, – шепчу я. – Кто покупатель?

– Понятия не имею, – пожимает она плечами. – Это была анонимная сделка, что как раз и неудивительно. Многие влиятельные люди не желают афишировать свои имена. Не хотят попасть в заголовки статьи какого-нибудь затрапезного издания о поп-культуре, в котором разнесут их эстетический выбор.

«„Влиятельный“ ни о чем не говорит,– замечаю про себя.– Любой, кто покупает картин на двадцать тысяч – плюс бешеные расходы на доставку – без сомнения, влиятелен».

– А вы помните, кто звонил? Может, запомнили, какой у него был голос?– спрашиваю я и, когда замечаю, что женщина смотрит на меня как-то странно, добавляю: – Просто… ятак духовно связана с этими работами, Оушен. Мне очень важно знать, что они попадут в руки человеку с правильной энергетикой.

Выражение ее лица смягчается.

– Понимаю. Мне трудно определить энергетику по телефону, но голос был женский. И еще акцент… мне кажется, британский.

Я облегченно выдыхаю.

Ладно.

Покупатель – женщина. С британским акцентом.

Значит, это, скорее всего, не Адриан.

– Кстати, про энергетику, – говорит Оушен, складывая вместе ладони. – Похоже, что твоя… сегодня разбалансирована.

«Ну еще бы, я весь вечер провела, чувствуя себя одним из твоих экспонатов и пытаясь разобраться в собственных совсем не платонических чувствах к бывшему бойфренду. А еще, похоже, заработала пятнадцать штук… Звучит довольно несбалансированно»,– хочется мне сказать.

Но вместо этого только смущенно потираю затылок.

– По правде говоря, вечер был долгим.

– Нет, дело не в этом, – Оушен внимательно смотрит на меня, будто я радиостанция, которую она пытается настроить. – Ты… как будто чем-то расстроена. У тебя конфликт между разумом и сердцем.

Грудь болезненно сжимается.

– Что-то вроде того.

Что означает: мое сердце рвется на части.

Я жду, что она начнет выпытывать у меня подробности, но женщина лишь задумчиво хмыкает.

– Тебе лучше бы прислушаться к сердцу.

Я скептически усмехаюсь.

– Откуда вы знаете?

Она склоняет голову набок.

– Знаешь, до сих пор ты слушала только свой разум, и, похоже, результат тебя не удовлетворил. Может, пора дать шанс другому органу.

Я открываю рот, собираясь задать еще кучу вопросов, но она сжимает мое плечо на прощание и растворяется в толпе.

Какого черта?

В любой другой вечер, в любом другом контексте я бы рассмеялась, услышав совет следовать зову сердца, но сейчас слова Оушен не выходят у меня из головы.

В таком изложении это звучиттак просто.