— Иван Сергеевич? Здравствуйте! Больницкий беспокоит… Найдется ли у вас минута времени?

— Добрый вечер, Скафандр Ильич, — откликнулся я.

Скафандр Ильич Больницкий был персоной известной. Я бы сказал, даже славной — только слава его была особенного толка.

Больницкий подвизался на тучных нивах Государевой Ученой Стражи, начальником был не самым главным, но самым основным: отвечал за ту часть науки, что имела прямое отношение к жизни… И тому, как ее правильно прервать.

Скафандр Ильич был некромант, демонолог, маг жизни, маг смерти (отдельно от некромантии), химеролог и великий теоретик по части того, как неживое учинить живым и наоборот. Поговаривали, что практик он был не худший, но об этом — шепотом, в темноте, в ванной и с включенным на полную мощность краном подачи воды.

Образу он был примечательного: добрый дедушка о белой бороде, вечно обряженный в накрахмаленный халат и выглаженные до остроты стрелок брюки… Короче, сволочь неизученная, малопонятная и от того — очень страшная.

Главного государева вивисектора по сервитуту Казнь боялись добуквенно все.

Я не был с ним знаком — до того дня, но… Как вы думаете, нашлась ли у меня минута?

Назавтра мы стартовали прямо с утра.

— Полчаса — полет нормальный, — заявил Зая Зая, глуша электромотор. — Это здесь.

Мы встали там же, где когда-то пугали вампира Шулаева.

В самом деле — здесь. Приехали.

— Пойдем вместе? — уточнил я на всякий случай.

— Куда я денусь, — спокойно ответил орк. — Бояться мне не положено, это если за себя. А вот опасаться того, что там что-то сделают уже с тобой… Ты мне — единственный на свете друг.

— Ты мне тоже, так-то, — почти растрогался я.

— Потопали, братан, — Зая Зая открыл заднюю дверь барбухайки, внимательно посмотрел на кувалду, стоящую у сиденья, усомнился, брать не стал.

— Все равно отнимут, — пояснил он. — На входе.

— Тебе решать, — я пожал плечами.

Посох, однако, я с собой взял — в машине остался только бубен.

Хорошо живут государевы страшники. Ну как — хорошо? Беспечно.

Мне есть, с чем сравнивать: родной морг, он же Институт.

Еще некое научное заведение — то, из которого мы с товарищем Так Сказать отправлялись выручать Иватани Торуевича… Помните?

Проходная Стражного Замка выглядела вещью необязательной — нас с орком осмотрели, признали годными и пустили внутрь по кивку — не обыскали, не спросили документов, даже имен!

Еще показали, в какой стороне подъемник, вот что.

Мы прошли по обычному конторскому коридору, проникли в блестящую хромом и эмалью кабину, нажали кнопку минус шестого этажа: нет, ну а что? Куда сказали — вчера, по телефону — туда и едем.