— Извините мою осторожность, — сказал динамик все тем же голосом. — Иван Сергеевич! Возложите, пожалуйста, ладонь на сканер.

Сканер — то есть, считыватель — нашелся тут же, на стене у двери.

Я приложил ладонь, устройство издало тональный писк.

— Теперь ваш друг, Иван Сергеевич. Извините, не знаю его имени и отчества.

— Да какое у меня отчество, — пробурчал Зая Зая, но ладонь приложил.

— Да, это вы. Входите!

Ну, мы и вошли.

Скафандр Ильич Больницкий внешне был ровно таков, каким я себе его представлял: высокого роста, среднего сложения тела, окладистая белая борода и добрая улыбка сквозь бороду.

Глаза, что характерно, улыбались тоже.

— Здравствуйте, господа. Рад вас видеть.

Глава местных страшников принял нас в кабинете, больше похожем на комнату для совещаний: большой стол, стулья, чистые серые стены — на этот раз, хотя бы, не кафельные, огромное окно в половину стены.

Стоп! Какое окно? Минус шестой этаж!

Я офигел, и, видимо, очень заметно — или Больницкому было не привыкать к подобной реакции.

— Это, Вано Сережаевич, экран, — сообщил хозяин кабинета. — Просто большой экран. Камеры снаружи, выше уровня земли — не люблю, знаете ли, комнат совсем без окон, было время, наскучили. Кстати, проходите, присаживайтесь.

Решил приглядеться — и правда, экран, причем — чисто электрический. Ни одной эфирной силы!

— Здравствуйте, — я малость затупил.

— Доброе утро, — сказал уже Зая Зая.

Мы прошли и присели. Потом встали — поздороваться за руку — и присели снова. Стражное рукопожатие оказалось под стать внешности: сильное, но не слишком — в самый раз.

Скафандр Ильич сидел в позе расслабленной и смотрел на нас обоих с ироничной полуулыбкой — больше на меня.

И тут до меня дошло.

— Откуда? — спросил я враз осипшим голосом.

Если бы я писал книжку для журнала, с поглавной публикацией, тут стоило бы взять паузу и оборвать главу — чтобы читатели ждали следующей. Ругались, строили версии и теории, пугали демона Тегериона ночными запросами в редакцию… Но мы тут живем живую жизнь, так-то. Поэтому — идем дальше.

— Урук в курсе? — Больницкий ответил вопросом на вопрос. — Или не до конца?

А сам улыбается — все еще по-доброму, пусть и с иронией.

— Имечко стремное, — Зая Зая перешел на уличный казанский. — Но похожее. Кавказ? Братан, ты разве из оттуда? Чо за тема?

— Урук не в курсе, — ответил я сразу обоим. — Но скоро будет. Вот прямо сейчас.

Я откатился на метр назад: благо, кресла для посетителей оказались модными — с колесиками.

— Не дергайся, Вань! — удивился орк. — Ты чего?

— Не «Вань», — ответил я спокойно. Даже очень спокойно, если учесть ситуацию. — Вано. Меня зовут Вано.