— А если не выйдем? — задал тупой вопрос капитан.
Где же группы прикрытия и обеспечения? Не видят, что творится, что ли?
— Огонь! — рявкнул мужик с бакенбардами.
Залп. Пули выбили остатки стёкол. Чиркнули по стенам.
— В прихожую! — заорал Ян. — Все целы?
Оглядел бойцов. У одного поцарапана щека.
Загрохотали шаги на лестнице. Удары прикладов в дверь.
— Открывай, собака!
Выбили кусок двери. Ян быстро сформировал на атомарной бумаге документ с печатью.
— Стоять! — заорал Прилуцкий, когда штурмующие ворвались в прихожую. — Я — депутат Петросовета Каменев. Вот мой мандат.
Ткнул бумагу с печатью. Нападавшие стушевались. Здоровый парень в звании сержанта или по-местному старшего унтер-офицера выхватил бумагу.
«Группа три. Мы идём. Полторы минуты», — вспыхнуло в поле зрения сообщение.
— Печать, печать гляди! — зашушукали сзади.
— Есть, есть печать. Ага. Да. Точно.
— Кто будете, товарищи? — по-дружески спросил Ян.
«Изделие 1ХЛ1 активировано!», — вспыхнуло и трижды мигнуло красным внизу поля зрения. Вот чёрт! Амеры уже попались, а они всё ещё здесь. Сколько агенты там пробудут в отключке, хрен его знает. «Иван Иваныч» говорил до часа, если не принимать спецпрепарат. Но они сами ещё толком не знают.
Здоровяк протянул мандат.
— Сводный отряд Харьковского совета рабочих и солдатских депутатов. Моя фамилия Казачонок.
— Попустите, пропустите! — раздалось с лестницы.
«Мы на месте. Прикрытие — местное начальство», — вспыхнула надпись внизу поля зрения.
Вошёл мужик лет сорока в сером костюме и того же цвета шляпе. Понятно, ребята наложили «маски».
— Товарищ Каменев, простите ради Бога! Не признали. Кто-то сказал, немцы. Вот товарищи и погорячились. Председатель Харьковского совета Лозовский.
Он протянул руку. Ян пожал. В дверях мелькнуло лицо того с бакенбардами, что приказал открыть огонь. Мужик явно смущён.
— Что ж вы, товарищ, даже не разобрались? — укоризненно произнёс Прилуцкий, глядя на бакенбардистого.
Тот замялся и покраснел.
— Прошу прощения, товарищ Каменев. Сказали, что в городе немецкие диверсанты. Показали на ваш дом и ваши окна…
— Провокаторов не поймали? — перебил Прилуцкий.
Ну-да. Немудрено. Сотрудников спецслужб из будущего аборигены вряд ли поймают.
— Увы, — сожалеюще пожал плечами бакенбардистый. — Как сквозь землю провалились, — и тихо, но твёрдо прибавил, — А можно ваши документы?
Ян протянул измятую и потёртую бумагу, сообразил, что мандат должен быть не первой свежести. Всё-таки «два месяца» с собой таскает. Бакенбардистый долго и внимательно его изучал.
— Ещё раз прошу простить, — бакенбардистый вернул бумагу, кивнул и вышел.