— В кино видел, в реале не юзал, — выдал очередной перл гость и покосился на Голицына, — семь шестьдесят два?
Подпоручик качнул головой:
— Восьмимиллиметровый. У нас принято говорить, три с четвертью линии.
Щелчок затвора. Очередной патрон вошёл в патронник. Роман Васильевич кожей почуял, как напрягся Агафонов. Подпоручик тоже чуть подобрался, готовый мгновенно среагировать.
Антон вернул карабин хозяину и нагнулся в поисках патрона. Наконец-то отыскав, подал казаку.
— Ваше.
— А с холодным? — Роман Васильевич потрогал левой рукой шашку. — Умеешь?
Тот покачал головой.
— Не-а. У нас такого уже нет.
Голицын проинструктировал гостя, как к кому обращаться. Рассказал о системе военных чинов и титуловании гибнущей Империи. Хотя по идиотскому приказу с марта этого года титулование официально отменено, всё идёт своим чередом. Потребовал повторить легенду. Воронцов практически ничего не помнит. Голицын его узнал, а вот граф подпоручика — нет.
Попрощались. Роман Васильевич с Агафоновым направился к выходу из камеры. Уже в дверях застал тихий голос Воронцова:
— Роман, зачем тебе весь этот гемор? Зачем ты это делаешь для меня?
Программер Тоха
ООО «Либерсофт»
15 (28) июня 1917 года
Штаб 11 пехотной дивизии
Дивизионная гауптвахта
г. Тысменица
Тоху ввели в камеру. За спиной громыхнула тяжёлая дверь, лязгнул засов. Программер подошёл к нарам и растянулся на матрасе. Допрос много времени не занял. Как и договаривались с Голицыным, косил под частичную потерю памяти…
В комнате, где его допрашивали, сидели четверо. За столом в центре — грузный, лысый, с пышными, как у Будённого (Тоха как-то видел на фотке), усами чел с полковничьими погонами, только звёздочки лейтенантские. И расположены чудно — не на просветах, а ближе к краям погона. Как инструктировал Роман, это звание соответствует подполковнику. И точно. Чувак представился подполковником Вейсом, Алексеем Георгиевичем, начальником отделения контрразведки.
Чуть в стороне, у стены, — полноватый мужик лет сорока пяти с круглыми глазами и двумя лейтенантскими звёздами на генеральских погонах. Тоха угадал. Контрразведчик представил его как начальника штаба дивизии генерал-майора Дорошкевича. Имени-отчества программер не запомнил. До конца допроса начштаба не произнёс ни слова.
Справа у стола «подпола», закинув ногу на ногу, сидел ещё один юнит — лысый мужик лет сорока, в очках. Чёрная с сединой борода-эспаньолка аккуратно подстрижена. На плечах — узкие серебристые погоны с одним просветом и три звёздочки, почему-то, вдоль погона. Тоже, что ль, поручик? Странного юнита не представили.