Прошёл к двери.
Прошёл к двери.
— Заходи.
Настя вошла.
Предложив девушке кресло, сам сел на кровать и прислонился спиной к стене. Глаза закрылись сами собой. Возможно, это и грубо, нарушает этикет. По фигу. Ему сейчас и так хреново.
Тёплая ладонь коснулась лба. Открыл глаза.
— Температуры нет, — вынесла вердикт Настя. — Вы весь мокрый. Что случилось?
— Насть, мы же на «ты».
— Извини, привычка. Ты меня так напугал с этой цыганкой. И сейчас. Кого просил забрать тебя? И куда? И кто над тобой опыты ставит?
Всё ж таки услышала.
Девушка вернулась в кресло.
Тоха снова закрыл глаза. Разговаривать — ни сил, ни желания.
— Ой, прости! Ты и так ослаб, ещё я лезу со своими расспросами. Пойду.
Княжна вскочила. Программер открыл глаза. Отпускать юную красавицу совсем не хочется. Девушка стоит около кресла. Он выдавил улыбку.
— Настюш, не уходи. Мне очень хорошо с тобой. Расскажи о себе, о Романе. О других братьях.
Она снова опустилась в кресло.
— Ты постоянно уходишь от ответа.
— Извини, солнышко. Мне сейчас не хочется разговаривать. Не обижайся. Расскажи сначала ты, а я в другой раз.
От «солнышка» щёчки красавицы зарумянились. Тоха слишком поздно сообразил, что это тако-о-ое нарушение этикета! Косяк косяков. Всем косякам косяк. То, что в его время воспринимается нормально, здесь… Обозвал «солнышком» княжну!
Настя встала. Ну вот, сейчас уйдёт. Накосячил, долбодятел! Но девушка лишь придвинула кресло поближе к кровати.
— Обещаешь всё рассказать? — улыбнулась княжна.
Он кивнул.
Капитан Прилуцкий
Хронослужба Конфедерации
24 июля 2333 года
Московский региональный департамент
Подмосковье
Ян закончил изучать документы. Мозг перегружен. Теперь информацию нужно осмыслить и действовать в соответствие с ней. Плохо, что «Леким-два» не может подключиться. Высший уровень секретности не предполагает использование личных компов. Лишь собственная память, собственные аналитические способности. И только.
Прилуцкий отложил стопку листов атомарной бумаги. Это далеко не всё, что смогли выудить из мозгов амеров. Всего-навсего то, что к этому моменту удалось расшифровать и прогнать через фильтры, и то, к чему у него есть допуск. Причём допуск только у него, Палыча, Кольцова и Параскевича.
Стало жаль «тиэсэйшников». Мужики просто превратились в бесполезные куски мяса. Но что поделать? Сами выбрал такую службу. Они нарушили международные договора и оказались без разрешения на подконтрольной Конфедерации территории. По дипканалам их передадут в Союз.
Ян прекрасно понимает, «Леким-два», верный помощник, в случае захвата в плен, уничтожит у него в мозгу все нейронные цепочки, отвечающие за память о Хронослужбе. Это лучше, чем у амеров и европейцев. У тех вообще кошмар. Личные компы амеров тупо стирают память о том, что случилось после шестнадцатилетия. То же и у европейцев. Такая же практика принята в Японии и Китае. Это на несколько наносекунд быстрее, чем у конфедератов. Но как-то не по-людски. Раньше было модное, заезженное слово «гуманно». Амеры и европейцы так часто его использовали для оправдания пакостей, что творили по всему миру, ради этого самого «гуманизма», что слово превратилось в ругательное. По-людски или не по-людски. Вот самое правильное выражение. Самый главный критерий.