— Освоите рысь, — поучал боец, — галоп и карьер будет детской забавой…
Тоха рысь освоил.
На троечку.
С минусом.
Оглянулся на лес. На опушке из кустарников выглядывают трое. В русской форме. Фигуры пропали и тут же появились снова. Тоха потёр глаза.
Нет, вон, стоят. Пялятся.
Поручик Голицын
Русская императорская армия
6(19) июля 1917 года
Восточная Галиция
Роман Васильевич на скаку оглядел воинство. Все на месте — пятеро донцов, у одного перевязана рука, у другого — голова, трое кубанцев и два офицера. Вернее один. Он сам — поручик Голицын. Гость из будущего, что скачет в пяти саженях позади, не в счёт. Какой он офицер⁈ Военная подготовка отсутствует. То, что отслужил год по воинской повинности, в расчёт брать не стоит. Чему можно научиться за год? Тем более с такой сложной техникой, как у них? В седле для новичка держится неплохо, хотя лицо напряжено. Практики не хватает. Не привычен Антон Дмитриевич к верховой езде. В их время на лошадях не ездят, всё на автомобилях.
Через два часа по северной окраине обогнули Станислав. В сам город от греха подальше заезжать не стали.
После мясорубки с кайзеровскими уланами люди ни разу не встретились. Ни отступающие, ни местные. Иногда попадаются трупы.
Его нагнал Антон.
— Ром, а чего людей не видно? — запыхавшись, проговорил гость из будущего.
— Не знаю. Чего так запыхался?
Воронцов скривился, будто от зубной боли.
— Издеваешься? Я на этой зверюге еле держусь.
Рядом с дорожкой лицом вверх валяется труп священника с разбросанными кишками. Поручик перекрестился. Антон побледнел и отвернулся.
— Заскочим в Тысменицу? — попросил Воронцов. — Надо Глаше сказать, что Савелича убили.
Роман Васильевич сначала не понял, о ком речь. Потом сообразил. Это он про Сеславина. Глаша — молодая женщина, радушно их принимавшая. У неё штабс-капитан квартировал.
Опять они драпают, оставляя таких, как Глаша на поругание германцам.
— Давай заскочим, — кивнул поручик.
— Спасибо.
Роман Васильевич взглянул в затвердевшее лицо Воронцова.
— Быстрее можешь?
Антон напрягся ещё сильнее, хотя, казалось, больше некуда.
— П… попробую.
— Р-резвой, ма-а-арш!
Свернули к небольшому лесу и поскакали вдоль опушки.
Через час остановились в лесополосе перед железной дорогой. Поручик отправил двух казаков на разведку. Через полчаса те вернулись. Никого. Отряд перемахнул через рельсы и тронулся шагом по опушке. На станцию заходить ни к чему, сделали крюк лесом и вскоре вышли на окраину Тысменицы, где перед наступлением дислоцировалась шестая обозная рота.
Солнце садится, через полчаса городок и хутор накроют сумерки.