Пряхин напросился в денщики. Тоха не стал возражать. Юнит постирал и почистил его форму, научил затачивать шашку, стал обучать верховой езде…
Денщик с кипой бумаг отправился к Сеславину. Накладные ещё надо утвердить у комроты.
Попаданец откидывается на спинку стула и от души тянется. Хрустят суставы…
В шестой обозной роте оказалось ещё три офицера, не считая Сеславина. Подпоручик барон фон Арпсгофен, с ним Тоха познакомился в самый первый день, замкомроты поручик Карамзин и подпоручик Самохин. Все трое отнеслись к новичку настороженно, но без неприязни. Ротный рассказал им историю появления здесь программера. Выдуманную, разумеется.
Тоха честно пытается вникнуть в бумажную работу. Терпеть её не может. Кодинг куда как интересней и привычней. А что делать? Хоть какое, да занятие. Всё от депресняка отвлекает. Но вот проблема. Читать ещё получается, к новой орфографии привык сразу. А вот грамотно писать — никак. Все эти «яти», «ижеи», «фиты». Взрыв мозга. Коллеги-офицеры в недоумении: писать разучился, а читать нет? Как так? Слава Богу, писанины раз-два и обчёлся. На это есть штатные писари. К тому же ему как «инвалиду» много работы не поручают…
— Разрешите, ваше благородие?
Полог откидывается, в проёме скалится Ромыч.
— Привет! — программер вскакивает и расплывается в улыбке.
Сидящий за другим столом Серж тоже встаёт и приветствует князя уставным кивком:
— Здравия желаю, Роман Васильевич.
— И вам здравия, Серж.
Голицын прошёл внутрь, поздоровался за руку с бароном и вновь к Тохе:
— Ну что, готов? — и крепко сжал лапу программера.
— Аки юный пионер.
— Аки кто? — удивлённо приподнял пшеничные брови Серж. — Антуан, так называли сапёров лет сто назад.
Роман тоже вскинул брови и в следующий миг укоризненно глянул на попаданца.
Вот же ж блин! Ну что за хрень? Словечки сами вырываются. В этом времени у них несколько иное значение, чем привык думать программер.
— Не заморачивайтесь, Серж, — успокаивает барона Тоха. — У меня ж в голове всё кувырком. Где-то слышал эту фразу, а где не помню.
— Ты как, свободен? — полюбопытствовал Ромыч.
Тоха кивнул:
— В принципе, да. Часа через три будет запарка. А пока, да, свободен.
— Тогда пошли, — Голицын направился к выходу из палатки.
Программер пошёл за поручиком, и уже на выходе их застиг вопрос Сержа:
— Господа, а мне можно с вами?
— Куда с нами? — не понял Роман.
— Ну вы же изволите упражняться в борьбе? Или нет?
Поручик посмотрел на Тоху. У того загорелись щёки.
— Ром… я… это… рассказал Сержу про твою систему. Он так увлёкся. Ты же не говорил, что рассказывать никому нельзя… если б сказал, то я бы, ясное дело, могила… Я только Сержу, больше никому. Да и мне наверняка спарринг-партнёр понадобится.