Луч его фонарика бегал по заросшим травой дорожкам, по надгробиям, частично разрушенным временем. Он остановился.

— Смотрите, все же кто-то навещает своих умерших. — Луч света упал на могилу, где на выполотом от травы холмике стояла миска с рисом и какими-то засохшими пряниками.

— Здесь неподалеку деревня? — спросила Дана, Савелий кивнул. Тогда она наклонилась и тронула один из пряников. — Хм… пряники давно должны были склевать птицы, и рис тоже. Вы не находите?

— Думаете, кто-то приходил сюда буквально недавно?

Дана пожала плечами, выпрямилась и чуть не упала от того, как остро кольнуло ее куда-то чуть пониже яремной ямки. Савелий быстро протянул руки, поддержал.

— Там, — глухо пробормотала она, указав направление рукой.

Через минуту они стояли возле старого склепа. Его стены густо покрывали пятна лишайника. Ржавая дверь была закрыта на такой же ржавый замок. Панарин тронул его рукой, осмотрел пятно на пальце, потер, понюхал и даже лизнул. Дана вздрогнула, когда его верхняя губа внезапно задралась, обнажив зубы, из горла вырвалось глухое рычание.

— Что с вами? — она даже отступила на шаг.

— Кровь, — ответил он. — Заклятие на крови. Так делают, когда хотят скрыть, что замок недавно открывали.

Грудная клетка его ходила ходуном. Минуту он приходил в себя, потом скинул с плеча сумку, вытащил из нее железную палку с изогнутыми концами. Один был раздвоен, другой оставался плоским. Панарин сунул один из концов под дужку замка, навалился, издал горлом странный звук

Крак! Дужка отлетела, замок шлепнулся на землю. Вот теперь Дане стало страшно. Панарин сунул ей в руки свой фонарь.

— Стойте у входа и светите внутрь.

Он согнулся и вошел в низкий проем. Она слышала, как под его ногами хрустят обломки камней. Ей хотелось надеяться, что это именно они, а не чьи-нибудь кости. Потом шаги стихли, послышался шорох и звук трения камня о камень вкупе со звуками, которые издавал Панарин, напрягая все свои силы. Он что там пытается вскрыть гробницу? Ох, она потерла лоб, разве так она представляла себе работу сыщика? Эта мысль заставила ее усмехнуться. А ведь в тех книгах, что она читала, сыщики еще и не такое творили. Она-то думала, что все это художественный вымысел, а оказалось, что нет.

— Дана, идите сюда, — позвал Панарин. В его голосе была и тревога и приказ. Она не посмела ослушаться.

Савелий стоял над открытым каменным гробом и всматривался в нечто, завернутое в саван.

— Нет-нет-нет! — зашептала она, видя, что он потянулся рукой к ткани. — Савелий! Не надо!

Он оглянулся на нее и схватил ее за запястье.