— Вася, я написала четыре романа. Но не за восемь дней, у меня еще два полных дня перед Новым годом на эту работу ушло…

— А почитать твои творения можно? — Базилио чуть ли не в открытую смеялся.

— Вот, держи, я специально их с собой захватила.

— Солидно… — Вася взвесил на руке три папки с бумагой, — я попозже почитаю, вечером. А сейчас я хочу поговорить про твои фильмы: я с приятелями по Корнеллу поговорил, и они предложили несколько вариантов того, как их можно вывести на американский рынок. Шансы, конечно, не особо и велики, но может стоит попробовать? Правда, это потребует определенных затрат, для начала, думаю, в пределах сотни тысяч. Деньги-то мы с большой вероятностью вернем в любом случае, я считаю, что процентов семьдесят пять за то, что мы их действительно вернем… года за два. Но мама говорит, раз сейчас мы все поступления благодаря тебе получаем, потребуется твое согласие. Но если твои фильмы выстрелят, что я оцениваю процентов в двадцать, то прибыли будут… очень большими.

— Я согласна, тебе моя подпись потребуется?

— Только если тебе это нужно, а я обманывать дочь Алехандро в любом случае не собираюсь. Меня ведь, если что, мама просто убьет! — он рассмеялся. — Мама уже все бумаги подписала, просто попросила у тебя разрешения спросить. Ладно, во сколько ты завтра за мной заедешь? Ты уж извини, но уменя сегодня еще одна встреча назначена, с вашим Союзэкспортфильмом…

На следующий день я подъехала к гостинице около четырех, И Вася вышел оттуда с красными глазами и, как мне показалось, очень злой:

— Пекенья, мне твоя мама говорила, что на русском языке означает твоя фамилия. И я теперь думаю, что Господь наш всемогущий ее тебе не просто так дал: ты настоящая мерзавка! Я решил немного почитать перед сном твои сочинения, и в результате спасть пошел уже утром, когда все нормальные люди позавтракать успели! А ведь читаю-то я очень быстро… но пока все четыре книжки не прочитал, спать вообще не хотел! И ты знаешь что? Я уже знаю, что ты гениальный композитор, но в том, что ты и писатель гениальный, убедился только сегодня ночью. Но ты права, сейчас в США чаще пары раз в год одного писателя не печатают, а если учесть, насколько разные ты выбрала темы… Но ничего, я после твоих книжек еще пару ночей нормально заснуть не смогу, будет время подумать, как их там пропихнуть.

— Понравилось?

— Не то слово! И, должен заметить, английский у тебя такой, как будто ты не просто всю жизнь в Нью-Йорке прожила, а еще успела закончить литературную школу Корнелла! Кстати, а чего-то новенького для американского рынка у тебя нет?