Так что я о потраченном на это времени не пожалела — а ведь времени и сил я на этот фильм потратила очень много. Ведь он-то в большей степени музыкальный. То есть не мюзикл позорный, но настроение в нем в огромной степени музыкой создается. Ну и игрой актеров, конечно — а японцами управлять было все же сложновато, у них почему-то даже мышечные реакции немного от наших отличались. Впрочем, у них все отличалось, и в первую очередь менталитет: «мой» фильм японцы восприняли не как веселую чернушную комедию, а как трагическую драму. Но мне на это было плевать, главное, что народ в кассы денежки потоком нес — а поток этот с каждым днем еще и нарастал: японская пресса просто наизнанку выворачивалась, выискивая наиболее изощренные хвалебные эпитеты и фильму, и особенно мне — которая смогла «взглянуть на человека с другой стороны». Ну да, там ведь давно уже по телевизору шел сериал с таким же названием и про того же персонажа — но в сериале слепой массажист был, скорее, персонажем вторичным, просто связывающим как-то друг с другом разные истории — а тут все было иначе. И японцы — благодаря мне (и чучелке) начали переосмысливать свою мифологию и историю. Потихоньку — но я уже знала, что благодаря в том числе и этому фильму довольно скоро страна суровых самураев превратится в страну анимешных косплееров. И это меня радовало…
Владимир Ефимович очень неожиданно зашел (а на дворе уже стоял поздний вечер) к Леониду Ильичу:
— И что мы будем теперь делать с Гадиной?
— А по какому поводу нужно что-то делать?
— Вот по такому, — и товарищ Семичастный положил на стол перед Генеральным секретарем небольшую, сантиметров двадцати в диаметре, чуть коричневатую прозрачную пластину толщиной миллиметра в три.
— Это что? Новое стекло для солнечных очков?
— Не совсем. То есть совсем не. Тебе кратко или все в деталях рассказывать?
Глава 20
— Володя, судя по твоему лицу, ты мне что-то очень важное сказать хочешь, так что начинай с краткой версии.
— Если кратко, то это — алмаз, точнее, особая форма алмаза, в НИРФИ, где ее сделали, материал называли аморфным алмазоподобным веществом. Эта штука не такая твердая, как настоящий алмаз, но все равно тверже сапфира. А вот по хрупкости она уже много кому уступает, с настоящим алмазом ей не сравниться, так что для алмазного инструмента ее использовать нельзя.
— И что дальше?
— Но она не уступает алмазу по теплопроводности и изоляционным характеристикам, а ведь у алмаза теплопроводность впятеро выше, чем у серебра, и он — просто идеальный изолятор. Так что в качестве подложки для производства микросхем лучше ничего не найти, и вот это как раз образец такой подложки: фрязинцы говорят, что они скорость работы вычислительных систем поднять не могут из-за перегрева, а с такой подложкой они обещают скорость вычислений поднять чуть ли не впятеро.