Я шел следом, чувствуя себя как владелец старой развалины, которую внезапно решил оценить коллекционер антиквариата. Каждое движение Вэнса было пропитано спокойствием, которое передавалось и мне, заставляя пальцы на кобуре постепенно расслабляться.

— Вижу, вы не жалели расходников, — заметил он, указывая на правый борт.

— Мы просто хотели покинуть «Вавилон-4» с кислородом на борту, — буркнул я.

Вэнс остановился возле узла топливной системы и вопросительно посмотрел на меня. Я кивнул и попросил Мири удаленно открыть кожух. Створки плавно разъехались. Внутри, прямо по центру из переплетения медных трубок и сверкающих контактов подозрительно торчал пластиковый рычаг с надписью «Pulse/Turbo».

Капитан прищурился, пытаясь понять, что именно делает этот девайс в сердце космического корабля, и я почувствовал, как к щекам приливает жар.

— Это… это обводной канал, — я кашлянул, пытаясь придать голосу научности. — Родные предохранители выгорели еще при первом запуске, и давление в системе начало скакать как бешеная кенгуру. Пришлось импровизировать.

— Импровизировать? — Вэнс с интересом наклонился ближе. — И что же послужило донором для этого технологического прорыва?

— Ну, если честно, это блок управления от старого кухонного комбайна «Повар-Экстремал», — признался я, потирая затылок. — У него отличные керамические вставки и три режима скорости. Я перенастроил его так, чтобы он сбрасывал избыточное давление топлива обратно в расширительный бачок, когда реактор начинает икать. Это позволило бы нам не взлететь на воздух при попытке уйти в прыжок.

Технический коллаж, который я соорудил, выглядел как кошмар инженера-проектировщика, но он работал.

Вэнс замер на мгновение, а затем разразился тихим, восхищенным смехом, который эхом разнесся по огромному ангару.

— От кухонного комбайна? Роджер, это просто гениально! Ты использовал прибор для измельчения овощей, чтобы стабилизировать антиматерию? Клянусь всеми звездами, я не видел ничего более дерзкого со времен моей юности на верфях Юпитера. Ты настоящий алхимик пустоты.

В этот момент над моим питбоем вспыхнула фиолетовая голограмма Мири. Она скрестила руки на груди и вызывающе посмотрела на нашего гостя, хотя я видел, что ей чертовски льстит его реакция.

— Вообще-то, это была моя идея с калибровкой частот, — вставила она свой веский цифровой вклад. — Роджер просто хорошо орудует отверткой, когда я на него достаточно громко ору.

— Мири, детка, не скромничай, — я усмехнулся. — Ты орала так, что у меня до сих пор в ушах звенит.

Мири картинно поправила несуществующий локон и подмигнула Вэнсу, который смотрел на неё с искренним дружелюбием.