— Слушай, красавица, ты бы хоть предупреждала, — прохрипел я, стягивая тяжелые ботинки.

— Угрозы нет, — отозвалась она своим обычным, «автоответчиковым» тоном. — Я побуду здесь.

Я не стал спорить — сил на дискуссии с загадочной инопланетной барышней не осталось от слова совсем. Я просто рухнул на койку, даже не раздеваясь, и почувствовал, как матрас подо мной проминается, обещая блаженное забытье. Но Мири, моя верная цифровая заноза в заднице, явно имела другие планы на мой досуг. Ее голограмма вспыхнула прямо перед моим носом, переливаясь всеми цветами радуги и светясь от гордости за собственную находчивость.

— Роджер, проснись и пой! — заорала она мне прямо в нейроинтерфейс. — У меня есть кое-что повкуснее, чем этот ваш сирианский самогон!

— Мири, имей совесть, — застонал я, зарываясь лицом в подушку. — Дай мне помереть спокойно хотя бы на пару часов.

— Помрешь потом, когда станем легендами, — отрезала она. — Посмотри, что я стащила из навигационной системы Вэнса, пока вы там обменивались любезностями.

Над моей головой развернулось объемное облако звездной карты, той самой, которую показывал нам Вэнс, но теперь она была дополнена какими-то странными слоями данных, которые искин успела отсканировать в фоновом режиме. Множество мелких точек, пульсирующих сигналов и векторов движения — это был настоящий путеводитель по «запретным» зонам сектора. Кира, до этого сидевшая неподвижно, внезапно подалась вперед, и я увидел, как ее зрачки расширились, заполняя почти всю радужку черным цветом. Она смотрела на мерцающие огоньки так, будто увидела в них давно забытые лица или кадры из своей прошлой жизни.

— Ты это видишь? — прошептал я, приподнимаясь на локтях.

— Вижу, — коротко бросила Мири. — Но посмотри на ее реакцию. Она будто подключается к этой сети на каком-то глубоком уровне.

Кира медленно подняла руку, и ее тонкий, изящный палец замер в миллиметре от одной из пустых областей карты, где не было ни звезд, ни планет, только бездонная чернота межзвездного пространства. В этот момент атмосфера в каюте изменилась, воздух стал будто гуще, а в ушах возник едва уловимый звон, от которого зубы начали ныть. Девушка выглядела так, будто она находится в трансе, ее дыхание стало редким и прерывистым, а по коже пробежали крохотные статические разряды, заставляя волоски на моих руках встать дыбом.

— Там, — выдохнула она.

Это слово прозвучало уже не как голос живого существа, а как скрежет металла по стеклу, усиленный в десять раз. И тут же всё пошло наперекосяк. Кира дернулась в мощной конвульсии. Ее глаза на мгновение закатились, открывая белки, а затем она просто обмякла и рухнула лицом вперед, если бы я не успел подхватить ее, она бы точно разнесла себе нос об пол моей каюты. Хотя, скорее пробила бы дыру в полу.