Жилище Педру де Аламейда находилось на самой вершине холма. Оно скорее напоминало каменный форт. Двухэтажное прямоугольное здание, с очень высоким первым этажом и плоской крышей, имело на каждом углу по башне с навесом из досок над смотровой площадкой. В каждой нес караул солдат. Перед входными воротами из толстых досок, оббитых широкими железными полосами, несли службу еще трое. Во двор вел тоннель арочного типа длинной метров шесть-семь и высотой метра три. В нем гулял легкий сквознячок, приятно охладивший нас. И тоннель, и двор были выложены каменными плитами. Посреди двора находился фонтан высотой метра полтора в виде небольших чаш, расположенных каскадом. Струя еле заметно поднималась в середине верхней чаши, а потом стекала в нижние. Непонятно было, откуда поступает вода под давлением. На нижнем этаже дома располагались хозяйственные постройки: конюшня, сеновал, кладовые. Кузницу, хлев, кошару или птичник я не обнаружил. Это все-таки не замок. Слуги взяли у нас лошадей и отвели в конюшню.
Вслед за хозяином мы подошли к фонтану, умылись и помыли руки. Слуги подали каждому рыцарю отдельное полотенце из хлопка, белое и с красной вышивкой по краям. Я сперва подумал, что вышиты красные петухи, как на украинских рушниках, но оказалось, что это замысловатые кресты.
Хозяйка дома по имени Бланка встретила нас на верхней площадке лестницы, ведущей на второй этаж. Мне показалось, что она намного старше мужа. Впрочем, южанки созревают и стареют быстрее северянок. Волосы иссиня-черные, лицо белое, даже бледное, с суровым выражением. Над верхней губой усики. В ушах длинные и тяжелые золотые серьги в виде трех шариков разного размера, отчего напоминали маленькую снежную бабу. Одета она была в белую рубаху с широкими рукавами с красно-золотой каймой и что-то черное типа блио с золотым ожерельем. На голове — черная кружевная накидка. Ее трудно было назвать даже симпатичной. Подозреваю, что брак был заключен по расчету. Судя по тому, что супруги понимали друг друга с полуслова, расчет был сделан правильно. Бланка поздоровалась с нами и величаво повела в большую комнату. Это был не привычный нам холл, а скорее обеденный зал. Свет падал через широкие, застекленные окна, выходящие во двор. Стены оббиты яркой разноцветной материей. На белом потолке нанесены по краю красивые и явно восточные узоры из замысловато переплетающихся красных, золотых и зеленых линий. Камин отсутствовал. Мебель была легче, изящнее. Никаких лавок, только стулья. И стол не на козлах, а на резных ножках, и накрыт серовато-белой скатертью.