— Стрелять только по всадникам! — напомнил я лучникам.
Вскоре на противоположной стороне узкой долины собрался весь отряд мавров. Их было около тысячи. В белых чалмах на шлемах и накидках поверх брони. Что под накидками, кожа или кольчуги, — не поймешь. Вооружены копьями длиной метра два с половиной, саблями и луками. Только конница, причем вперемешку и тяжелая, и средняя, и легкая. Дисциплины никакой. Каждый сам знает, как победить. Они развернулись лавой, растеклись во всю ширину долины.
По мере того, как мавров становилось все больше, брабантцы, как пехотинцы, так и рыцари, все чаще поглядывали на меня. Они знали, как я разделался с конницей Вильгельма Ипрского. Однако мавров было намного больше.
— Сколько добычи к нам приехало! — шутливо и громко произнес я.
Ближние воины улыбнулись, кто-то нервно хихикнул. Мои слова передали тем, кто стоял дальше. Напряженность в отряде сразу снизилась.
И командир мавров повернулся к отряду и что-то прокричал, размахивая саблей. Слишком картинно у него получалось. Арабы любят красивые жесты. Причем настолько увлекаются ими, что забывают, для чего предназначались.
Закончив пламенную речь, командир повернулся к нам, громко свистнул и поскакал первым. Его тут же догнали, а некоторые даже вырвались вперед. Они скакали изогнутой стеной, свистя, улюлюкая, вопя.
Зрелище не для слабонервных. Несколько брабантцев оглянулись, проверяя, не пора ли сматываться вслед за мной? Альмогавары вообще развернули коней мордами к дороге, а к нападающим боком, чтобы быстро слинять.
Когда до передних мавров оставалось метров двести пятьдесят, я громко скомандовал:
— Лучники!
Валлийцы быстро подняли длинные луки, натянули тугие тетивы.
Дистанция сократилась до двухсот метров.
— Выстрел! — приказал я.
Шесть десятков стрел полетели навстречу маврам. Сперва казалось, что они не нанесли вреда. Мавры продолжали скакать. Только передние лошади вдруг снизили скорость. Вот свалился один всадник, второй, третий… Дальше стрелы полетели вразнобой, но быстро и метко. Лава двигалась все медленнее. Передние кони без всадников скакали только потому, что на них давили задние. Давление стремительно ослабевало. До линии копейщиков оставалось метров пятьдесят, когда лава остановилась. Несколько коней вырвались вперед, а потом повернули вправо или влево, чтобы не налететь на людей и острые копья. Из лавы вылетело несколько стрел, коротких и легких. Они в кого-то попали, потому что один из копейщиков упал, а другой присел. Навстречу им продолжали лететь валлийские, длинные и тяжелые, пробивающие на таком расстоянии любую броню.