Смеюсь. Ее слова словно бальзам на рану. Она мать моего мужа, и, как бы плохо ни начались наши отношения, она приняла меня. И сейчас она рядом.
— Дыши, как тебя учили, дорогая.
Закрываю глаза, концентрируясь на дыхании. Боль есть, она очень сильная.
— Юленька, я знаю, очень больно. Но это начало! Начало новой жизни. Новой главы! Где-то там, внутри тебя, в пути наш Доминик Артурович, наш любимый, замечательный внук! Он будет таким же красивым, как папа.
— Как мама! — ору сквозь зубы, скривившись до неузнаваемости.
Свекровь смеется.
— Точно, таким же красивым, как его мама.
* * *
Наш сын, плод моей и Артура любви, родился здоровым и крепким. Все прошло просто замечательно. Боль быстро отошла на второй план, осталось только ощущение радости и счастья. Но самое удивительное, что в нем узнаваемы черты его бабушки, моей свекрови. И теперь, когда Артур держит его на руках, он не может сдержать смеха.
— Копия мама. Это вы так сильно спелись, что ты решила родить мне пацана с ее лицом?
В ответ я пожимаю плечами. А Артур разглядывает своего сына с такой любовью, что у меня щемит сердце.
У Доминика ровное и спокойное дыхание, а маленькие ручки забавно сжимаются в кулачки.
— И все-таки у нас с тобой брак по расчету, Юлиана Дерзкая. Я тебе любовь, а ты мне — сына. Чем не союз, заключенный ради выгоды?
Малыш сладко сопит, издавая жизнеутверждающие звуки дыхания. А мы с Артуром вспоминаем одновременно:
— Голуби! — громко вскрикиваем, повернувшись друг к другу. — Мы же совсем забыли про нашу голубиную ферму!