Придерживаю корсет, чтобы все присевшие не стали свидетелями ее неземной красоты, особенно Артур.
— Все равно нужна скорая, — причитает Олеся Васильевна. — Надо сделать кардиограмму, измерить давление, сахар крови и сделать общий анализ, а что, если у нее критически низкий гемоглобин?
Я подозреваю, что причина обморока Веры куда более прозаична, но не менее критична для нее самой. Не гемоглобин, а стечение обстоятельств: особенные дни и чересчур тугой наряд — вот что, по моему мнению, стало причиной ее внезапного недомогания. Ну и немножечко, совсем чуть-чуть, желание отвлечь Артура от меня. И в этот момент, когда паника Олеси Васильевны достигает апогея, я снова беру на себя роль спасителя:
— Лучше принесите ей крепкого сладкого чая.
Рядом со мной опускается Артур. Он улыбается, касается Вериного плеча.
— Ну как ты, Вера? — шепчет тихо и заботливо, будто, если спросить нормально, она снова хлопнется в обморок.
Нет чтобы меня похвалить за смекалку и смелость, за хладнокровие, за умение держать себя в руках, за то, что вернула ему любимую, он у Веры о здоровье справляется.
— Спасибо вам, Артур Евгеньевич. Мне было душно, я волновалась, а потом стало вдруг темно-темно, — щебечет она нежным голосом.
Хвалит меня только Демид. Он единственный, кто заметил мою роль в этой ситуации.
— Вы молодец, Юлиана. Теперь Артуру снова есть на ком жениться, — произносит он с откровенным сарказмом.
Глава 23
Юлиана.
— Артур, проводи, пожалуйста, Верочку обратно в зал, — просит Олеся Васильевна, проговаривая свою просьбу заботливым, милым голосом, тем самым подталкивая меня как можно быстрее удалиться. — Если мы не будем вызывать скорую, сынок, то нужно, чтобы кто-нибудь присмотрел за бедной девушкой. А кто сделает это лучше, чем ее собственный жених?
«Собственный жених», — мысленно повторяю я.
Я где-то читала, что если очень сильно закатить глаза, то это может привести к физическим травмам, таким как повреждение роговицы, отслойка сетчатки и нарушение работы зрительного нерва, а также к развитию заболеваний вроде кератоконуса. Но вот что это за «конус» я не запомнила. В голове возникает образ геометрической фигуры, сначала она пуста, потом наполняется, а затем снова опустошается. Это похоже на мою жизнь: вначале я была полна надежд вырулить из экономического кризиса путем фиктивного брака, а сейчас разочарована и разорена. Как будто кто-то переворачивает этот конус, откровенно издеваясь надо мной.
Печально, неприятно, но это факт.
— Пойдемте, Демид как вас там. Опять забыла.
— Андреевич.
— Точно! Здесь мы явно лишние. Артуру надо присматривать за своей невестой!