— А что вы обычно дарите своим подругам по командировкам? — в ее голосе снова звучит легкое поддразнивание.
— Сладости, цветы, украшения, — продолжаю сверлить ее взглядом. — Белье!
— О! — она вскидывает палец вверх, ее глаза снова вспыхивают, сейчас что-то выдаст. — Мне, кстати, не помешает, потому что мое ситцевое в цветочек потеряло свой цвет от постоянных стирок и требует замены. Особенно наволочки.
— Я не про то белье, Краснова.
Закатываю глаза.
И снова ее громкий, напористый смех, который, кажется, не имеет конца. Этот мир становится слишком шумным, чересчур требовательным и сложным рядом с ней.
И тут до меня кое-что доходит.
— Стой! — Дергаю ее за руку, заставляя остановиться. — Нам незачем идти в ювелирный. Нам нужно бабушкино кольцо.
— Бабушкино кольцо? Точно, у вас же — у богатых — принято использовать семейные реликвии. Если брак родителей ваших родителей, Артур Евгеньевич, был счастливым, то обычно именно это кольцо и дарит внук своей невесте. Оно передается по наследству, из поколения в поколение. Ладно, поехали туда, где оно хранится, а потом вернемся на работу. Все это хорошо, но у меня полно дел.
Смотрю на нее не моргая.
— Черт! Кажется, я совершил глупость.
Она сжимает губы, сдерживаясь. Глаза сияют.
— Только не говорите, что подарили это кольцо какой-нибудь условной Элен с харизмой третьего размера! — прыснув со смеху, она хватается за сердце. — Это косяк, господин, Дерзкий. Нет, не так, это просто мегакосячище!
— В тот момент я был счастлив. Тебе Краснова с твоей сухостью и бесчувственностью не понять этого состояния. Когда внутри полная гармония с собой и своим телом. Та ночь была волшебной, наполненной страстью, сжигающей дотла, а она попросила его примерить… — Хватаюсь за голову: — Боже, что же я наделал…
— Ой, мне нужна салфетка, — продолжает давиться смехом Краснова, — у меня сейчас тушь потечет. И в туалет бы. А то я, ввиду открывшихся подробностей, могу случайно сходить в туалет по-маленькому.
Глава 8
Артур
— Стойте! Стойте! Стойте, Артур Евгеньевич! — Ее рука задерживает меня, коснувшись плеча. Юлиана пытается отсмеяться и успокоиться.
А я заглядываю ей в лицо, подмечая, что у нее очень гладкая, светлая, чистая кожа, ни одного прыщика или морщинки.
— Я просто хочу представить, Артур Евгеньевич. Лежите вы вдвоем, такие расслабленные. Форточка приоткрыта, прохладный ночной воздух, наполненный ароматами ночи, заполняет комнату. Тишина, мерное тиканье часов. И в этот момент, когда все дышит покоем и умиротворением, она, ваша «богиня», решается примерить бабушкино кольцо. Оно что, у вас все время на тумбочке покоится? — спрашивает она, буквально задыхаясь от смеха. — Вроде золотого мяча на подставке у поля на чемпионате мира по футболу? — Сглатывает, набирает в грудь воздуха. — Мол, если будешь, «богиня», стараться, хорошо себя вести, слушаться и угождать барину, то в конце тебя, возможно, ждет суперприз?