Лукавлю. Хочу, чтобы дернул.
Эта сделка кажется мне подозрительной. Я теряю голову, а что проигрывает он? Как собраться с мыслями?
— Зачем тебе куда-то ехать? — усмехается Артур, продолжая вызывающе нахально трогать меня.
Коротко вздыхаю. Действительно, зачем? Я поддаюсь его чарам, его наглой уверенности, медленно горю в этом сладком огне. И, пока я пытаюсь осмыслить, зачем и куда собиралась ехать, он раскрывает меня, словно конфетку, слой за слоем…
— У тебя нежная, тонкая кожа. Я устал без тебя, — шепчет он слова, которые как будто адресованы не только телу, но и моей душе. — Юлиана, — добавляет он, и я никак не могу сообразить, о чем он.
Это так ново, так остро, так необычно, так живо, что я вообще перестаю анализировать ситуацию.
Его поцелуи мешают думать, он покрывает ими шею и сладкие ямочки у ключиц. Каждое касание — электрический разряд, пробуждающий во мне доселе невиданную дикость.
Мне нравится… Внутри разливается рубиновое, словно гранатовый сок, наслаждение. Его наступление будоражит и кружит голову, унося меня в мир, где реальность смешивается с фантазией.
— Ты готов сказать что угодно, лишь бы я осталась, верно? — задаю вопрос, пытаясь удержать остатки мозга, что, стекая, капает на пол.
Сейчас надо сохранить хоть какой-то хрупкий баланс.
В ответ Артур громко смеется. Гладит меня, соблазняя еще сильнее. Улавливаю, как дрожит он и как дрожу я.
Останавливаться не хочется. Голова тяжелая от переизбытка чувств, от сладости момента. И я закрываю глаза, поддаваясь ему, откликаясь на этот сладкий огонь, который так нахально разжег во мне Дерзкий.
Глава 38
Юля
Терпкий и бодрящий аромат свежесваренного кофе смешивается с едва уловимым запахом вишни. Он исходит от нас обоих. Теперь это наш символ. Мы сидим в том самом кафе, где всего несколько дней назад я изливала душу Инге, жалуясь на Артура. Тогда его звонок через секретаря, полный холодного упрека, казался мне вершиной его дерзости и власти.
А теперь он сидит напротив. Его взгляд, глубокий и притягательный, смотрит в мои глаза. Улыбка кричит о том, что в этом мире нет никого прекраснее меня.
— Ночь была просто чудесная. Мне очень понравилось. Я не в состоянии собраться и работать. Все время думаю о тебе, — шепчет он, и в его голосе столько искренности, что я не могу не верить.
— Удивительно, Дерзкий, что ты до сих пор не сбежал к другой женщине, — пытаюсь скрыть волнение за легкой иронией.
— Зачем мне сбегать? Меня все устраивает.
Наши томные взгляды цепляют друг друга, переплетаясь в невидимую горящую нить.
— Просто признайся, что некому кормить твоих голубей, — поддразниваю я, вспоминая нашу давнюю шутку.