«Ты позволил себе узнать вкус живых душ».

Пасть дракона могла изобразить лишь оскал, но Юнсан знал: Оэлун улыбался.

И тогда он сделал рывок первым.

* * *

Тао сбился с ног, помогая другим дэви выбраться из-под завалов. Город был разрушен за какой-то час. Стража пыталась вытащить всех, кто не мог справиться сам, а лекарей отчаянно не хватало. Как назло, собранного Юнсаном войска уже не было в городе в полном составе и далеко не все могли совладать с разбушевавшейся стихией. Ветер усиливался, норовя превратиться в самый настоящий ураган, и хоть другие дэви, подчинившие себе воздух, пытались сдержать эти порывы, получалось у них плохо. А Юнсан всё не появлялся. В этот момент Тао с тоской вспоминал маму и папу. Они были настоящими мастерами и им бы не стоило труда остановить всё это, но…

Но их нет и больше никогда не будет.

Тао взлетел на крышу чудом выстоявшего дома и с ужасом огляделся. Неужели это всё из-за Оэлуна? Другого объяснения он дать не мог, но что такого произошло, чтобы брат самого лун-вана стал так похож… на асуру? Ветер поднял черепицу, которая чуть не врезалась в Тао, и тот стиснул зубы.

– «Ты будешь сильнее, чем они, Тао. Мы всё исправим. И я дам тебе возможность помочь. Не надо убегать от прошлого…» – тихо пробормотал он когда-то сказанные Юнсаном слова, доставая подаренную флейту. Юнсан дал ему крылья. Юнсан дал ему силу. И сейчас Юнсана нет.

Мелодия сначала сорвалась резко, неровно, всхлипнула не тем тоном – так и сам он готов был сесть и заплакать. Да, Бездна, он трус, он глупый мальчишка, он не может ничего, что сделали бы его родители или Юнсан – и он не хочет, но миру на это плевать. Циян сошёл с ума. Тао пытался подобрать мелодию, снова и снова, пока удары сердца не замедлились, а музыка флейты не стала тихой и грустной. Огибая Тао, она разлеталась дальше и дальше, захватывая ураганные порывы, подчиняя себе стихию.

Он хотел бы быть просто дэвом морского бриза.

Он не хотел оказаться в Сораане.

Он не хотел, чтобы за ним пришёл Оэлун.

Чтобы Юнсан стягивал войско.

И он не может ничего исправить.

Но чем дальше он убегал от прошлого, тем больше проблем создавал. Мелодия флейты не убаюкивала ветер, а тянула его за собой, заворачивала потоки вокруг города, не отпуская и не позволяя улететь вперёд. Пока остальные дэви пытались залатать разломы в земле, Тао творил глаз урагана вокруг выживших. Внутри ветровых стен стало спокойно. Мелодия приковывала стихию, не давая новым вихрям пролететь дальше. Спина болела, но Тао знал, что это обманчивая боль: его крыльев больше нет. И родителей тоже. Нет даже того мальчишки, который мог безмятежно помогать рыбакам или надеяться, что добрый к нему враг может оказаться хорошим. Откуда эта мысль взялась у него в голове, Тао не понимал, но, пока вкладывал все свои силы, чтобы остановить ураган вокруг их города, он остро чувствовал, как что-то поменялось.