Двери и окна Георгий Гурамович хранил на первом этаже, в той части, что была перекрыта до самого верха. Оконные блоки, уже остеклённые, изготавливались на нескольких местных фабриках, одна из которых входила в структуру треста. С оборудованием для них проблем не было. Заводы «Строймаш» и «Северный коммунар» производили станки и машины для лесопромышленных и деревообрабатывающих предприятий не только Вологды и близлежащих районов, но и других областей — Архангельской, Кировской, Ленинградской, и автономных республик — Карельской и Коми.

Все оконные блоки запасливый мастер завёз к себе на объект ещё в сентябре, но из-за постоянной смены кадрового состава на стройке их успели установить лишь четыре штуки. Остальные сейчас пылились на складе и места там, вместе с дверьми и дверными коробками, занимали едва ли не треть.

Совмещение «полезного и приятного» (найти «лоботрясам» работу, начать закрывать, как было обещано, тепловой контур и одновременно освобождать помещение склада) получило со стороны Геладзе полное одобрение. Время от времени он даже сам подходил, чтобы понаблюдать, как Стрельников учит «Сашку» и «Мишку» монтировать окна в четверть с отливами и круговой изоляцией. С советами, к счастью, не лез. Хотя, наверное, мог бы. Соображал, видать, что авторитет подрывать нельзя, а если какие вопросы и возникают, то лучше их позже перетереть, не в присутствии обучаемых.

К слову, пока обучаемые промеряли проёмы и соотносили размеры с хранящимися на складе изделиями, Стрельников ненавязчиво проверял их (не блоки, а обучаемых) на соответствие текущим обязанностям и должностям.

Электрик Запятный свой «тест» почти провалил. Сдал на троечку с минусом. И немудрено. Связистом он в армии был, можно сказать, номинальным. Обретался в хозвзводе, провода и антенны видел лишь на плакатах, а о чём-то чуть более сложном слышал только в курилке возле казармы.

На его фоне техник-механик-стропальщик Шестаков выглядел почти профессионалом. Башнёр-заряжающий на пятьдесятчетвёрке — это вам не хухры́-мухры́. Что и как перетащить, перекантовать, поднять, уронить — знал назубок. И механизмов, имеющихся на стройке, ничуть не боялся. Но это-то как раз и пугало.

А что не пугало, так это то, что механизмов на стройке было не так уж и много. Пара консольных кранов на втором этаже, каждый грузоподъёмностью на двести кило, не больше. Управляемый снизу двухтонник МБТК-2у, установленный перед центральным фасадом. Сломанная бетономешалка на четверть куба. Сварочный трансформатор СТН-300. Циркулярная пила на станине. И «совершенно убитый» (если верить механику) воздушный компрессор, тоскующий по ремонтникам с середины лета возле навесов с «мусором». Плюс в бытовке у мастера лежали четыре строительных дрели, но он выдавал их только под роспись, для конкретных работ, а не просто «попробовать, авось не развалится».