Он тихо выбрался, натянул шорты, футболку и вышел на палубу.

Утренний воздух был свежий, но уже обещал тепло. Капитан кивнул ему из рубки, моторист сонно махнул рукой, а Дан вдруг понял, что хочет простейшей мужской вещи.

Рыбалки.

— Есть снасть? — спросил он.

Моторист, еще не до конца проснувшийся, посмотрел на него с уважением.

— Есть. А вы умеете?

Дан скосил глаз.

— Молодой человек, я умею многое, о чем приличные люди даже не подозревают.

— Тогда держите.

Снасть была не из роскоши, но добротная. Дан устроился у борта на корме, закинул и замер.

Вот уж чего он не любил, так это бессмысленного сидения. Но рыбалка — не бессмысленное сидение. Если правильно настроиться, это вообще почти разговор с миром. Не словами. Ритмом. Наблюдением. Тишиной. Тут не надо ломиться. Надо чувствовать.

Утро было для этого идеальное.

Море ровное, ветер ласковый, солнце только-только поднималось. Яхта резала воду уверенно, а Дан сидел на корме и думал о всякой хорошей чепухе. О Барселоне. О том, как быстро несется лето. О том, что вчерашний ягненок удался даже лучше, чем он рассчитывал. О том, что ночное купание надо бы повторить когда-нибудь еще. О том, что если он и дальше будет жить в таком темпе, придется придумать, как вмещать в одно сердце сразу футбол, любовь, планы на страну, учебу на тренера и желание иногда просто посидеть с удочкой.

— Жадный ты, Даня, — сказал он самому себе тихо. — Но, может, так и надо.

Леска дрогнула.

Он сразу подобрался.

Еще.

Еще.

Есть.

Подсечка вышла быстрой, точной. На другом конце кто-то забился всерьез. Небольшая, но бодрая рыба заиграла на крючке, пошла в сторону, дернулась вниз.

— Ага, — сказал Дан уже азартно. — Ну давай, красавица. Не стесняйся.

Сзади послышался сонный голос Оли:

— Ты с кем там флиртуешь с утра?

Он обернулся через плечо и увидел ее — босую, с растрепанными волосами, в легком халате поверх ночной рубашки, щурящуюся на солнце.

— С рыбой. Но без шансов. Я занятой человек.

— Это я вижу.

Он вытащил добычу. Рыба серебром блеснула в воздухе, мотнула хвостом, но уже поздно.

— Ого! — сказала Оля, окончательно просыпаясь. — Ты и правда поймал.

— А ты сомневалась?

— Я надеялась на лучшее, но не настолько.

На шум начали подтягиваться остальные.

Сначала Лена, еще сонная, но уже аккуратная, как будто даже утро не имеет права застать ее врасплох. Потом Наташа, потягиваясь и зевая без стыда. За ней Маша — сразу с вопросами и попыткой украсть внимание у пойманной рыбы. Последней появилась Несса, тихая, светлая, с тем особенным утренним лицом, когда женщина еще не надела дневную улыбку, а потому особенно красива.