— Что тут у вас? — спросила Маша.

— Добытчик, — ответила Наташа.

— Настоящий, — кивнула Лена.

— Между прочим, — сказал Дан, — вы сейчас наблюдаете редкий комплекс талантов. Футболист, поэт, повар, рыбак…

— Хвастун, — добавила Оля.

— Это отдельная дисциплина.

Рыба была не гигантская, но вполне достойная завтрака. Потом к ней добавилась еще одна, поменьше, и уже всем стало ясно: утро удалось не только эстетически.

Девчонки расселись рядом. Кто на лавку, кто прямо на палубу, поджав ноги. Говорили тихо, утро само диктовало темп. Маша забрала у Натты виноград и тут же была поймана с поличным. Лена спрашивала, как правильно держать снасть. Оля просто смотрела на море и иногда на него. Несса села близко-близко, обхватила колени и слушала, как он вполголоса объясняет, что в рыбалке главное — не суетиться.

— То есть, — сказала Наташа, — не твой профиль.

— Ложь. Я очень умею не суетиться.

— Прямо сейчас вижу.

— Вот именно.

Солнце поднималось выше. На воде рождались блики, сначала редкие, потом целые россыпи. Воздух теплел. И было в этом утре столько мягкого света, что даже шутки звучали ласковее.

Дан вдруг понял, что именно такие куски жизни потом и держат человека. Не только победы, не только толпы, не только голы в финалах, хотя и это, конечно, тоже. А вот такие утра. Когда ты сидишь на корме яхты, рядом одна за другой выходят твои девчонки, сонные, родные, красивые, море дышит ровно, и день еще ничего не потребовал от тебя, а уже подарил.

Он поймал взгляд Оли.

Потом Нессы.

Потом Маша что-то сказала и сама засмеялась.

Наташа подтолкнула его плечом.

Лена аккуратно расправила волосы на ветру.

И Дан подумал, что, пожалуй, за такое можно рвать жилы дальше. Очень даже можно.

* * *

Рыбу почистили быстро, почти торжественно.

Капитан, убедившись, что добыча не символическая, а настоящая, даже одобрительно хмыкнул. Дан с Олей занялись самым делом, Лена помогала с чем могла, Наташа командовала без официальных полномочий, Маша мешала, но обаятельно, а Несса отвечала за кофе и общее ощущение цивилизации.

В итоге завтрак вышел простой и идеальный.

Свежая рыба, быстро обжаренная с солью, перцем и каплей лимона. Хлеб. Помидоры. Сыр. Фрукты. Кофе и чай. После ночного перехода, после утренней рыбалки, после всех вчерашних красот — именно то, что нужно.

— Вот это я понимаю, — сказал Дан, отламывая хлеб. — Еда, у которой есть биография.

— Еще вчера плавала, — заметила Маша.

— Это добавляет драматизма.

— И белка, — сказала Оля.

— Ты невозможна, — вздохнул он.

— Зато полезна.

Завтрак тянулся лениво. Уже не как на Корсике перед прогулкой, когда день только разгонялся, а как у людей, которые знают: скоро берег, скоро город, скоро новый кусок маршрута. Хотелось и не торопиться, и уже выглядывать вперед.