Соваться в верхние, богатые районы города сейчас было чистым, незамутнённым самоубийством — там магические барьеры считывали любую беспатентную ауру на раз-два. А здесь, на самом дне, улов становился всё бледнее, мельче и опаснее. Мелкие лавочники дрожали за каждый медяк. Мне срочно, просто жизненно необходима была крупная рыба. Какой-нибудь заезжий, богатый дурак с тугим кошельком, который ещё не успел понять, куда именно он попал.

Именно поэтому субботним вечером, когда дождь за окном завывал с особой тоской, я и пришла в «Золотое Копыто». Это была знатная клоака, которую любые приличные существа и зажиточные горожане обходили за три версты, крестясь на ходу. Но зато именно сюда, как в сточную канаву, стекался весь самый колоритный сброд со всего города — отчаявшиеся наёмники, контрабандисты, беглые маги и излишне беспечные гости, ищущие порочных развлечений.

Я устроилась за самым дальним, уединённым столиком в густом полумраке у дальней стены, поближе к запасному выходу. Уверенным жестом я поправила подол своего нового, специально сшитого на заказ ярко-красного платья. Это была моя рабочая броня. Идеальная, безотказная приманка. Глубокое декольте и вызывающий цвет заставляли мужчин пялиться куда угодно — на мою грудь, на шею, на губы, — но только не на мои руки, которые в этот момент могли творить настоящие чудеса ловкости. Сделав небольшой глоток вина, я замерла и принялась внимательно наблюдать за залом.

Мой взгляд лениво и оценивающе скользил по пьяным лицам, пока наконец не наткнулся на весьма странную, выбивающуюся из общего ряда фигуру.

За круглым столиком прямо в центре зала сидел демон. Довольно молодой, вполне симпатичный, с аккуратными, ухоженными тёмными рожками и слегка помятыми кожистыми крыльями, которые он, судя по нервным движениям, безуспешно пытался скрыть за спинкой стула. Но примечательно было совсем другое: он выглядел как благородный, чистокровный аристократ, которого с размаху, без объяснения причин вышвырнули на самую грязную помойку.

Камзол на нём был явно дорогой, изысканного кроя и из хорошей ткани, но сейчас на рукавах виднелись отчётливые следы кухонного жира и дорожной пыли. Взгляд у него был наглый, ироничный и полный высокомерия, свойственного высшим чинам, а рядом с ним на деревянной лавке лежал… потрёпанный, видавший виды аккордеон. Демон-музыкант в притоне Нижнего квартала? Это было по меньшей мере забавно.

Он явно изо всех сил пытался делать вид, что полностью контролирует ситуацию, лениво потягивая дешёвое пойло так, словно это был столетний нектар, но я слишком хорошо изучила этот типаж за два года уличной жизни. Изгой. Благородный, капризный раздолбай, которого лишили родительского содержания или выгнали из клана за какие-то грехи, но который ещё совершенно не отвык от красивой, вальяжной жизни и хороших манер. А главное — судя по тому, как он лениво и уверенно потирал холёные руки, в его кошельке обязано было звенеть хоть какое-то золото, припрятанное от прошлой жизни. Ну или, на худой конец, такого персонажа можно было красиво, филигранно развести на какую-нибудь жалостливую, душещипательную ведьминскую историю, выманив последние гроши за «спасение его грешной души».