Из инструмента вырвалась дикая, галопирующая, бешеная мелодия — совершенно не похожая на те занудные, кружевные баллады, принятые в домах высшего света. Это был грязный, ритмичный, кабацкий марш, замешанный на ярости, гордости и чистом адреналине. Демон пел хрипло, с вызовом, его голос легко перекрывал остаточный гул толпы, а сам он буквально заходился в каком-то безумном, гипнотическом танце на столе. Каждое движение его крыльев, резкие взмахи хвоста и яростный топот тяжёлых сапог по столешнице заставляли всю таверну неотрывно, как заворожённых, следить за этим представлением.

«А ведь он ни капли не соврал», — восхищённо подумала я, оценив обстановку и чувствуя, как по спине пробежал лёгкий холодок от мощи его энергетики.

Весь зал, включая прижимистого трактирщика, кокетливых служанок и всех троих вышибал у дверей, замер, намертво приковав взгляды к беснующемуся в центре зала Вельдмару. Насчёт «монументальной ширмы» рогатый оказался прав на все сто процентов. В этот момент люди не заметили бы даже, если бы у них из-под носа унесли саму мебель вместе со стенами. Они пили это шоу глазами, полностью растворившись в грохоте аккордеона и простой, но очень смешной песни.

Пора было работать. Время пошло.

Я плавно, словно бесплотная серая тень, двинулась вдоль длинных рядов столов. Мои пальцы действовали со скоростью атакующей змеи, точными, выверенными годами микродвижениями. Крошечный, едва заметный импульс магии мазнул по сознанию первой жертвы — толстого южанина в зелёном кафтане. Морок отвлёк его на долю секунды — ровно на то время, пока Ксавий выдавал очередной оглушительный, дребезжащий пассаж и картинно взмахивал крылом.

Мгновение — и мягкий кожаный кошель бесшумно скользнул в мой широкий рукав. Два золотых, горсть тяжёлого серебра. Отлично.

Я сделала два шага назад, меняя позицию, и скользнула к следующему столу. Там сидел портовый перекупщик, разинувший рот на крылатого музыканта и увлечённо подбивающий такт ладонью по колену. Шёлковый мешочек на тонком шнурке был забран одним отточенным движением моих пальцев. Тяжёлый, внутри явно звякнуло что-то весомое. Напарник на столе в этот момент выдал такое зубодробительное соло, что весь зал дружно ахнул и зааплодировал.

Я двигалась по залу, как рыба в воде, чувствуя, как внутри разгорается пьянящий, горячий азарт настоящей, чистой охоты. Ни один человек, ни один орк или гном во всей таверне не посмотрел в мою сторону. Никто не следил за моими руками, никто не обращал внимания на серую фигуру, скользящую между стульями. Все взгляды, все до единого, были прикованы к демону, который уже буквально летал по столу, доводя толпу до экстаза своей яростной песней. Это было гениально. Чистая, идеальная работа без малейшего риска.