Глава семнадцатая. Люди
Страница 101 из 144
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава семнадцатая. Люди

Страница 101

Он додумался до этого только к рассвету и остался недоволен, потому что додумался на слух, а проверить было не на чем.

И один раз, ближе к утру, кто-то сказал про кого-то: «зола».

Сказали с презрением, коротко, и все замолчали на полвдоха, и разговор поехал дальше.

Мин это слово знал: старик употребил его один раз за десять лет и не объяснил.

Он лежал и складывал: выходило, что весь этот народ говорит на языке, из которого он знает семь слов и ни одного правила, и что говорят они на нём каждый день, всю жизнь, и, судя по всему, ни один из них не задумывался, что называет.

Он подумал, что надо будет слушать внимательнее.

Потом подумал ещё раз и понял, что слушать придётся долго, потому что слов у них, кажется, куда больше семи.

Кривой Брод оказался не тем, что он посчитал.

Он его считал — по рассказам старика, по числу дворов, по тому, сколько тот привозит и почём. У него выходил большой посёлок дворов на сто пятьдесят.

Дворов там было под шестьсот.

Он стоял на въезде, у моста, и первые минуты просто смотрел, и то, что он чувствовал, было не восторг и не страх, а досада:он ошибся втрое , и ошибся не в мелочи, а в том, что считал надёжным.

Потом он вошёл, и стало не до досады.

И тут же выяснилось, что из них двоих беспомощен он.

Старик шёл по Броду, как ходят по своему двору. Он знал, где мост, где обход, у кого пить, где не встают с санками, потому что затрут. Его окликали — раза четыре за первую улицу, и всё по делу: один спросил про руку, второй про бабку, третий просто кивнул, как кивают человеку, которого видят тридцать лет.

Он ни разу не остановился спросить дорогу.

Мин шёл за ним и держался за санки.

Он в первый час трижды влез не туда: встал там, где разгружали, отступил под телегу и был обруган, и один раз пошёл прямо, потому что улица шла прямо, а надо было в проулок, и старик молча взял его за рукав и повернул.

Он к вечеру научился идти сзади и не соваться, и это было единственное, чему он в тот день научился.

За десять лет это был первый случай, когда старик что-то умел, а он нет.

Он это отметил и попробовал прикинуть, много ли таких вещей.

Прикинуть не вышло: он не знал, чего он не знает.

Внутри было невыносимо.

Он потом описывал это себе так: как будто ешь и не можешь перестать, а еда всё идёт.

Улица. Лавки. Крик. Телеги. Запах кожи, рыбы, дёгтя, горелого. Лица — десятки, сотни, и каждое он по привычке начинал разбирать и ни одного не успевал.

К полудню у него заболела голова так, как не болела никогда.

Он вышел за околицу, сел у изгороди и просидел там часа два, глядя на пустое поле, и головная боль отпустила.

назадназад
1 ... 99 100 101 102 103 ... 144
впередвперед