Летадла раскачивается, под брюхом у неё эрегированным членом висит торпеда Кошчельного, от чего разом смешно и сцыкотно чуть не до буквальности. Наконец, мотор заводится, «Феникс» начинает рваться из чалок…

… и кажется, у меня крошатся стиснутые зубы!

Повернувшись, стрела крана опускает аппарат на воду, и Санька, обезьянкой спустившись по чалкам, отцепляет их…

… и всё это — на ходу! Пусть даже и замедленном. Больше, увы, мы себе не можем позволить, счёт идёт буквально на минуты.

Ругаю эти чортовы рифы, за которыми прятался шлюп, ненастную погоду и все те обстоятельства, из-за которых сейчас мы — вот так! Мучительно думать, что британская разведка нас переиграла на этом этапе, по крайней мере тактически. Но вдвойне мучительно предполагать (а я просто обязан это делать!), что в нашем экипаже, провеянном на семи ветра, есть сука…

«Феникс», зарываясь в поднятые «Авророй» волны, начинает неуклюжий разбег, переваливаясь с боку на бок и весьма заметно цепляясь кончиками крыльев за воду. Сердце работает с перебоями, но я развернулся на волнах, и взлетел.

Набрав высоту, делаю несколько кругов вокруг шлюпа, без особого труда опознавая устаревший морально, но вполне достаточный для колоний тип «Кондор», разве что несколько модернизированный, да и то не факт. По мне стреляют из орудий и кажется…

… пулемёта! Обшивку крыла дырявит пулей, но не критично. Прикинув примерно вооружение шлюпа, захожу на бреющем слева-спереди, нажимая на ручку сброса и… ничего!

Проскакиваю под трассами вдоль борта, но кажется целый… Только что мокрый от пота, будто купался в одежде.

— Надо! — ору истошно, но как, сука, не хочется… Слабость, вялость и острое желание бросить штурвал, и гори оно всё синим пламенем!

С трудом пересиливаю страх и усталость, и снова — набор высоты, маневры, заход на бреющем, ручка сброса… есть! Пенящийся след от торпеды сложно перепутать с чем-то другим.

На шлюпе пытаются маневрировать, но… время! Врыв разворотил левую скулу, и британский корабль начинает набирать воду, кренясь на борт. Но, сука такой, не тонет… и весьма вероятно, без нашей помощи и не потонет.

Впрочем, похер… точнее не так, а если совсем быть точным, то и вовсе не так… но сейчас я разворачиваюсь и нагоняю «Аврору», замедлившую, а потом и застопорившую ход. Подхожу под самый борт, и матросы, нырнув с чалками, подцепляют «Феникс», поднимая его на борт.

— Стоп! — ору, уже будучи над палубой, — Не опускать!

— Никак контузило? — озадачился Санька.

— Добивать надо, — мотаю подбородком на шлюп, — Сейшелы рядом! Если не добьём, то они пластырь заведут, доковыляют до островов, и тогда всё — впустую!