Вейлан ворвался — взъерошенный, возбуждённый, глаза горели, на губах — широченная ухмылка.

За ним — девушки.

Пять штук.

Молодых, ярких, шумных.

Они влетели в комнату как стая разноцветных птиц — болтали все разом на местном наречии, смеялись, указывали на нас, хлопали в ладоши.

— Вейлан, что за… — начал Орион, поднимаясь.

— Всё отлично! — Вейлан развернулся к девушкам, махнул рукой, что-то сказал на их языке — быстро, уверенно.

Они замолчали, слушая.

Он указал на меня.

Все пять пар глаз уставились.

Одна — самая высокая, с медными волосами, заплетёнными в десятки тонких косичек, что звенели от бусин, — шагнула вперёд. Оценила меня взглядом с головы до ног.

Сказала что-то Вейлану.

Он кивнул, ответил.

Она рассмеялась — звонко, одобрительно.

Развернулась к подругам, крикнула что-то.

Они ринулись ко мне.

— Подожди, что… — я попыталась отступить, но они были быстрее.

Две схватили меня под руки — крепко, но не больно. Потащили к двери.

— Орион⁈ — я обернулась, ища помощи.

Он стоял, уставившись с открытым ртом.

— Вейлан, что происходит⁈

Вейлан только махнул рукой весело.

— Всё нормально! Доверься мне!

Меня уже тащили за дверь.

Одна из девушек — маленькая, круглолицая, с короткими чёрными волосами — повернулась ко мне.

Улыбнулась, обнажая белые зубы.

— Ты, — сказала она на ломаном всеобщем языке, тыкая пальцем в мою грудь. — Грязная. Как… как песчаная крыса.

Остальные засмеялись — не злобно, скорее подбадривающе.

— Мы делать красивой! — продолжила круглолицая, и глаза её блестели от возбуждения. — Праздник сегодня! Большой! Все красивые должны быть!

Она дёрнула мою руку, и браслеты на её запястьях зазвенели — тонкие, металлические, десятки штук, что спускались почти до локтя.

— Баня! Масла! Краски! Платье! — она перечисляла, загибая пальцы. — Ты будешь как… как принцесса!

— Я не хочу быть принцессой! — я попыталась вырваться, но девушка с медными косами крепко держала одну руку, а третья — худая, высокая, с кожей цвета тёмного дерева — вторую.

Они тащили меня по коридору, вниз по узкой лестнице.

Их одежда была яркой, лёгкой — тонкие ткани всех цветов. Короткие топы, оставляющие животы обнажёнными. Длинные юбки с разрезами, что развевались при ходьбе. Браслеты на запястьях, лодыжках, шее — металл звенел при каждом движении как музыка.

Волосы распущены или заплетены, украшены бусинами, перьями, цветами. Кожа блестела от масел, пахло жасмином, корицей, чем-то сладким, дурманящим.

Мы вышли на улицу.

Жара ударила мгновенно. Солнце в зените, беспощадное.

Но девушки не замедлились — тащили меня через узкие улочки, лавируя между торговцами, что развешивали яркие ткани, фонари, готовясь к вечернему празднику.