Честно говоря, я бы тоже пошла и даже однажды попыталась это сделать.
Но, увы, местное общественное книгохранилище оказалось платным. И за пользование ее богатствами полагалось отдать не много, не мало, а пять тивров, которые у меня и так наперечет.
Но сегодня я была готова потратиться.
Поэтому я снова аккуратно намотала на голову надоевший хуже горькой редьки платок, позвала Тучку, сопровождавшую меня во всех перемещениях по городу, и отправилась навстречу знаниям.
Я бодро шагала по чистенькой дощатой мостовой, как вдруг в витрине одной из лавочек увидела платье.
Сливочно-бежевое, из плотного травчатого шелка, оно гордо красовалось за стеклом, притягивая взгляды своей нездешней, и даже неуместной для этого скромного района роскошью.
Я остановилась и завороженно прилипла к стеклу, любуясь на благородный фасон и изящную отделку вышивкой и искусственными цветами.
— Чего встала, замарашка? Отойди от витрины, не загораживай товар! — из блаженного любования меня выдернул отвратительно скрипучий голос.
Рядом стоял долговязый, похожий на жердь мужчина в серых нарукавниках, и махал на меня руками, словно пытался прогнать голубя, какнувшего перед его носом:
— Кыш отсюда, девка. Нечего таким, как ты тут стоять.
— Что вы имеете в виду? — я очень старалась быть вежливой.
— Иди отсюда, зачуханная. В салоне мастера Барими для тебя нет ничего подходящего.
В недоумении я перевела взгляд на стеклянную витрину перед собой и вдруг увидела в ней свое отражение — высокая тощая фигура в потертом, линялом платье, странно повязанном платке, закрывающем половину лица, и пыльных, стоптанных туфлях…
Долговязый тип продолжал ругаться и махать на меня руками, но мне было не до него — на меня обрушилась проблема, почище большинства предыдущим моих проблем в этом мире.
И называлась она «нечего надеть».
Причем, это была не метафора, а очень, очень печальная реальность — на мне было мое единственное платье. И выглядело оно, мягко говоря, отвратительно. Идти в нем завтра в академию было… В общем, в таком платье можно только милостыню собирать…
Осознав этот факт, я повернулась к долговязому и от души поблагодарила:
— Спасибо вам, неприятное создание. — повернулась к витрине и еще раз обласкала глазами чудесное платье. — И тебе спасибо. Может быть, мы еще встретимся, и я куплю тебя. Но не сегодня.
Я развернулась и пошла прочь: в соседнем квартале я видела лавку подержанной одежды.
Оказалось, это в маленьком городке за один тивр можно купить новое платье. А здесь, в столице, за подержанное с меня потребовали пять.