* * *

Гравировкой занялась Лидия Павловна вместе с мастером-гравёром, стариком по фамилии Луцкий.

На внутренней стороне золотого ободка крышки они выводили русскую надпись — церковнославянским шрифтом, но в современной, читаемой интерпретации, без чрезмерной архаики. «Здравия и долгих лет». Луцкий работал неспеша, и каждая буква ложилась чисто.

А под вечер приехал переводчик Сюй.

Я вызвал его лично — выверить китайский вариант, чтобы потом продублировать русское благопожелание иероглифами. Переводчик вошёл в мастерскую в своём неизменном тёмном костюме, поздоровался со всеми и сразу подошёл к рабочему столу, на котором лежало почти собранное яйцо.

И тут его обычная сдержанность куда-то испарилась.

Сюй склонился над яйцом, долго рассматривал чароитовые секции, серебряные нити, нефритовую подставку. Потом я показал ему янтарную подвеску с пчелой. Он взял её в руки бережно, как священную реликвию, и несколько секунд молчал.

— Александр Васильевич, — наконец произнёс он тихо. — Вы понимаете, что вы сделали?

— Надеюсь, что да, — отозвался я. — Подарок для главной женщины Поднебесной.

— В Поднебесной почитание родителей — сяо — одна из высших добродетелей. Выше воинской доблести, выше учёности. Сын, который чтит мать, чтит само Небо. И вот вы, русские мастера, не зная всех тонкостей нашей культуры, сделали вещь, которая попадает в самую её сердцевину. Подарок матери. Пчела-труженица в янтаре — символ матери, которая трудилась ради детей. А сам янтарь символизирует долголетие и тепло… — Он помолчал. — Уверен, император будет тронут до глубины души.

Он взялся за китайский текст. И сразу предупредил, что дословный перевод тут не годится.

— «Здравия и долгих лет» по-русски звучит как пожелание, — объяснил он. — Но если я переведу это слово в слово иероглифами, получится сухо и неуклюже. В Поднебесной благопожелания долголетия — это целое искусство. Позвольте, я подберу то, что прозвучит для китайского уха так же тепло, как ваша фраза звучит для русского.

Он взял кисть, тушь и на пробном листе вывел несколько красивых иероглифов.

— Вот, — сказал он. — Здесь — пожелание долгих лет, как у священной горы, и здоровья, как у вечнозелёной сосны. Сосна и журавль в нашей культуре — символы долголетия, я учёл это в написании. А гора — символ незыблемости.

— Расскажите про журавля, — попросил я. — Чтобы я понимал, что мы вкладываем.

Сюй чуть улыбнулся — ему явно понравилось, что я спросил.

— Журавль в Поднебесной — птица бессмертных. Считается, что журавли живут тысячу лет и носят на спинах небожителей. Изображение журавля под сосной — это пожелание долголетия, которое у нас дарят старшим. А ещё есть поверье: когда журавль стареет, он не дряхлеет, а становится мудрее и легче, ближе к небу. — Он помолчал. — Для пожилой женщины, матери правителя, это лучшее из пожеланий. Не «живи долго» в смысле «тяни как можно дольше», а «обретай мудрость».