В малой гостиной было оживлённо. Отец сидел в кресле, выбритый и собранный, словно и не было нашего вчерашнего марафона. Лена сидела по правую руку от него — уже при полном параде, с блокнотом и ручкой, готовая вести записи. Климов расположился за круглым столом, на котором лежали три тяжёлые кожаные папки, оплетённые шёлковыми шнурами.

— Доброе утро, господа, — кивнул я.

— Доброе, Александр Васильевич, — Климов посмотрел на часы. — Прошу извинить, я приехал раньше намеченного. Думал, вам важна каждая минута.

— Правильно думали.

Климов раскрыл первую папку.

— Это реестр всех добытых кусков чароита, доступных к заказу, — пояснил он. — Министерство природных ресурсов, казённые хранилища Иркутской губернии и иркутская артель Прохорова. По вашей просьбе мы составили сводный список. По итогу получилось двадцать три позиции, размер от ста граммов до трёх килограммов. Из них в Петербурге сейчас четыре куска, все остальные в Иркутске. Но мы сможем организовать срочную доставку специальным рейсом.

Я многозначительно хмыкнул. Да уж, за обе мои жизни мне ещё не приходилось сталкиваться с тем, что ради куска породы заказывают целый самолёт. Но удовольствие китайского императора, очевидно, стоило всех затрат.

Я придвинул папку поближе к нам с отцом и начал листать.

Каждая позиция сопровождалась фотографией, описанием размеров, точного веса, интенсивности оттенка по цветовой шкале. Там же указывались год добычи и номер партии. Аккуратные карточки, по которым я понял, что Минприроды занималось чароитом всерьёз. Национальное достояние, как никак.

Все четыре куска, что были в Петербурге, мне не понравились. Цвет сиренево-бледный, без той насыщенной фиолетовой ноты, какую я ждал. Прожилки невнятные. Не то.

— Давай посмотрим иркутские, — предложил отец.

Я перевернул страницу.

Первая позиция — крупный кусок аж в два с половиной килограмма, но прожилки шли поперёк рисунка рваными разрывами. Если из такого пилить секции три на три сантиметра, рисунок не ляжет. Не то.

Мы с отцом молча переглянулись, и я перешёл к следующей карточке.

Второй кусок был поменьше, восемьсот граммов. Зато цвет хороший — глубокий, переходящий в почти аметистовый, но включений золотистого минерала почти нет. Неплохо, но скучновато.

Третий кусок тянул на килограмм двести. Сиреневый с фиолетовыми разводами, прожилки шли косыми лентами через всю массу. Идеально для мозаичных секций.

Я отметил её галочкой.

Четвёртый кусок, кажется, был добыт одновременно с третьим. Девятьсот граммов, рисунок продолжал предыдущий камень почти идеально.