Первый залп ударил в небо. Золотые искры раскрылись над садом огромным цветком. Гости ахнули. Второй залп ушёл выше, рассыпался зелёными звёздами, из которых сложились журавли Гладковых. Потом красные и синие огни прошли дугой над деревьями. Музыка из дома стала громче, и на несколько секунд даже я позволил себе просто смотреть.

Именно тогда движение у правой лестницы показалось неправильным. Один из лакеев нёс поднос с бокалами. Обычный жест, обычная походка, обычная ливрея. Но он держал поднос слишком высоко, закрывая правую руку от тех, кто стоял на террасе. Он шёл не туда, где было больше гостей, а по линии к Наталье. И, в отличие от настоящих слуг, не смотрел на лица тех, кому якобы собирался предлагать напитки.

Я уже начал двигаться, но не успел. Лакей дёрнул руку из-под подноса. Блеснуло узкое лезвие. Но тут же из толпы появилось три человека, в одно мгновение нейтрализовавшие неудачливого убийцу. Поднос выбили из рук, затем послышался влажный хруст ломаемой кисти, тут же заглушенный новыми взрывами.

Нападавший попытался дёрнуть челюстью, но ему тут же вставили кляп, закрыв всяческие попытки умереть. Всё оказалось под контролем силовиков, в которых только сейчас я признал не людей Гладковых, а бойцов Тайной полиции.

Из темноты у колонны вышел Виктор Андреевич Сомов.

— Наталья Сергеевна, — сказал он, чуть поклонившись. — Прошу простить испорченный фейерверк.

— Вы его не испортили, Виктор Андреевич, — ответила она ровно. — Вы подтвердили его необходимость.

Я посмотрел на неё. Потом на Сомова. Потом снова на Наталью.

— Значит, вы знали.

Она не стала лгать, лишь хищно при этом улыбнувшись:

— Предполагала.

Сомов поправил перчатку:

— После захвата турнира мы исходили из того, что часть сети осталась в столице. Праздник Гладковых был слишком заметной целью, чтобы они не попытались сделать ход. Особенно после публичного спасения Натальи Сергеевны и вашего участия в тех событиях.

— То есть праздник был приманкой?

— Праздник был праздником, — утвердительно сказал Сомов, позволив себе лёгкую ухмылку. — И одновременно возможностью. Мы работали в союзе с родовой службой безопасности Гладковых. Госпожа Наталья настояла, чтобы мероприятие не отменяли.

Я повернулся к ней:

— Вы поэтому держались в стороне?

— Если бы рядом со мной всё время стоял человек, который уже дважды срывал их планы, они могли бы выбрать другую цель или уйти. А нам нужен был тот, кто придёт достаточно близко.

— Замечательно, — сказал я. — Все вокруг сегодня торговали риском, просто мне забыли выдать прайс.

Наталья чуть опустила глаза, но не извинилась. И, пожалуй, правильно. Извиняться за удачную операцию, спасшую ей жизнь и давшую шанс найти похищенных, было бы странно.