— Чёрт. Говорил ведь, что нельзя так резко действовать, — газетчик витиевато выругался. — Я передам главе, а ты возвращайся на позицию. Не хватало нам ещё чего из виду упустить.
Глава 6
— Михаил Алексеевич, простите меня за действия моей охраны. Это совершенно новая группа, я ещё не успел их правильно надрессировать.
Молодой аристократишка находился в полной уверенности, и его можно было понять. Я сидел в его машине, с обеих сторон прижатый его охранниками. Боец с обожжённым лицом же старался отодвинуться как можно дальше от меня, несмотря на самую широкую машину. При этом я не имел ни малейшего представления, как мне вновь вызвать магические силы, но виду не подавал, стараясь сохранять спокойствие на лице.
Но тут память услужливо предоставила мне своевременные воспоминания. Этот человек совершенно точно был мне знаком. Воробьёв Игорь Васильевич — средний сын богатого дворянского рода, нахальный и чересчур самоуверенный. Да и кто на его месте был бы не таким?
Василий Воробьёв был человеком, имя которого знал любой человек, что хоть кончиком пальца касался военной службы. Воробьёв был одним из поставщиков снаряжения и вооружения в ряды имперской армии, начиная от обувки и униформы, заканчивая рюкзаками и даже штыками на винтовки. Кажется, что едва ли не вся столичная жандармерия и городовые были одеты в одежду, производимую на фабриках Воробьёва.
И средний сын пользовался положением своего отца по полной. Деньги и связи могли открыть для двадцатиоднолетнего парня все ворота, включая даже двери княжеских домов, но его желание было весьма странным. Сей молодой дворянин страстно желал заполучить себе в жёны именно мою старшую сестру Екатерину. Да, красотой она обладала страшной, но вот к красоте примешивался сложный характер, никак не подходящий для того, чтобы сделать из старшей из ныне живущих Читаловых покладистую жену. Она, так скажем, была девушкой прогрессивной, насколько это вообще было возможно для девушки первой половины двадцатого века, где не успели самоуничтожиться старые порядки аристократии.
— Если вы хотели официального разговора со мной, то это можно было сделать у меня в ресторане, — заявил я, добавляя командирского железа в голос. — Зачем подобные варварские меры? Как видите, это стоило вашему человеку хорошей внешности.
— Шрамы только украшают мужчину, — улыбнулся Воробьёв. — Да и семья наша платит столько, что на подобные рабочие травмы можно не обращать внимания.
Воробьёв стянул с рук перчатки и щёлкнул пальцами. Его охрана, как вышколенные псы, тут же вышла из машины, а за ними хлопнула и водительская дверь. Будь я в своём времени, то наверняка бы решил, что сейчас наш разговор запишут на скрытый где-то среди машины микрофон, но технологическое развитие этого мира ещё не успело достигнуть подобной сложности производства.