Сергей оказался рядом первым, Звёздин — вторым, а жандармы — третьими, причём на этот раз их служебное рвение оказалось очень к месту. Курков подошёл неторопливо, поднял револьвер носком сапога, посмотрел на обожжённую руку стрелка, потом на меня.

— Смело, — сказал он. — Не слишком аккуратно, но смело.

— Я работаю над аккуратностью, ваше превосходительство.

— Работайте быстрее. Огневик без аккуратности опаснее пьяного артиллериста. А я, уж поверьте, такого успел навидаться.

Он отдал короткий приказ, и жандармы, уже забывшие о разгоне благотворительной лавочки, увели стрелка вместе с тем человеком, с которым он сцепился. Генерал задержался ещё на мгновение, бросил взгляд на баки, на очередь, которая постепенно приходила в себя, и сказал городовым несколько тихих слов. После этих слов никто больше не пытался нас сворачивать.

Когда Курков ушёл, площадь ещё долго шумела, но люди не разошлись. Наоборот, многие решили, что раз уж сам генерал пил бульон, а молодой Читалов ещё и стрелка обезоружил огнём, то очередь стоять стоит. Мы разлили остатки до последней капли, пока Пётр Иванович бурчал, что теперь его бульон будут помнить не по вкусу, а по пальбе, ожогам и генеральским усам.

Домой я вернулся ближе к вечеру, хотя по ощущениям прожил не день, а маленькую войну с перерывом на общественное питание. Сил не осталось даже на разговоры, поэтому я добрался до своей комнаты, рухнул на кровать в одежде и провалился в сон, успев подумать только о том, что завтра нужно будет разбираться с газетами, жандармами, Курковым, рецептурой, упаковкой и собственной дурной привычкой бросаться на вооружённых людей. Откуда эта привычка вообще взялась? Ума не приложу.

Разбудили меня в полдень, судя по пробивающемуся сквозь шторы свету. Екатерина стояла рядом с кроватью и тыкала мне в лицо сразу несколькими газетами. Я попытался отмахнуться, но она оказалась настойчивее комара и куда опаснее. Пришлось открыть глаза, сфокусировать взгляд и увидеть крупные заголовки, от которых сон слетел быстрее любой магической микстуры.

«ДОМ ЧИТАЛОВЫХ НАКОРМИЛ МОСКВИЧЕЙ ДИКОВИННЫМ БУЛЬОНОМ»

«ОГНЕННЫЙ ДВОРЯНИН И ЧУДО-КУБИК: НОВИНКА НА СТОЛИЧНОЙ ПЛОЩАДИ»

«ГЕНЕРАЛ КУРКОВ ОЦЕНИЛ ДОРОЖНЫЙ БУЛЬОН МОЛОДОГО РЕСТОРАТОРА»

Я сел на кровати, забрал у неё одну газету и начал читать. Журналисты, как всегда, соврали местами, преувеличили почти везде, добавили романтики, которой не было, и сделали из меня то мецената, то изобретателя, то чуть ли не защитника простого люда с огнём в руках. Но главное они написали правильно: люди попробовали, люди удивились, люди захотели узнать, когда продукт поступит в продажу.