— А вот это уже интересно. Обслужить по высшему порядку, — сказал я ближайшему официанту, который едва не проскочил мимо с подносом. — Столик госпожи Гладковой держать под личным вниманием. Если что-то потребуется — ко мне или к Петру Ивановичу.

Официант кивнул так резко, что чуть не уронил соусник. Нервные они какие-то стали. Я же, поймав взгляд Натальи Гладковой, понял, что скрываться поздно. Она смотрела прямо на меня и явно ждала, подойду ли я сам или решу остаться в стороне. В таких случаях лучше идти первым, пока тебя не поставили в положение приглашённого.

— Добрый день, Наталья… — я сделал крошечную паузу, вылавливая отчество из памяти и подсказок этикета. — Сергеевна. Позвольте приветствовать вас в нашем заведении.

— Михаил Алексеевич Читалов, — девушка обворожительно улыбнулась, — человек, о котором сегодня говорит вся Москва.

Вблизи она оказалась ещё красивее. Не кукольной красотой, не той сахарной миловидностью, которой так легко восхищаться и так же легко забывать, а чем-то куда более опасным для мужского здравомыслия. Тёмные глаза, ясный лоб, мягкая линия губ, и при этом взгляд совсем не девичий, а спокойный, оценивающий, привыкший видеть цену вещам, словам и людям. В двадцать лет она могла бы разбить немало кавалерских сердец просто тем, что улыбнулась бы не туда.

— Боюсь, Москва преувеличивает, — сказал я. — Я всего лишь наливал бульон и один раз неудачно махнул рукой.

— Если это называется неудачно, то мне страшно представить ваш успех.

— Могу присесть?

— Я как раз надеялась, что вы это сделаете.

Я сел напротив, стараясь не выглядеть слишком усталым, слишком заинтересованным и слишком поражённым одновременно. Наталья Сергеевна отложила ложечку, едва заметно кивнула официанту, который поставил перед ней новое блюдо, и снова перевела внимание на меня.

— Признаюсь, я приехала именно из-за вас.

Я на мгновение сбился:

— Из-за меня?

— Не смущайтесь, Михаил Алексеевич. Вернее, из-за вашей новинки.

— Вот теперь я почти не смущаюсь.

Девушка вежливо рассмеялась:

— Вчера несколько моих людей были на площади. Они принесли мне образец вашего сухого бульона и рассказали, как именно вы его раздавали. Я попробовала. Вкус ещё грубоват, но идея замечательная. Удобная, дешёвая в перевозке, понятная простым людям и, что особенно важно, годная для благотворительных раздач без необходимости каждый раз разворачивать полноценную кухню.

— Вы хотите купить партию? — я почувствовал, как внутри привычно щёлкнул деловой механизм.

— Большую партию. Для начала — на шесть тысяч рублей. При хорошей цене, разумеется. Мне нужны бульонные кубики для наших приютов, ночлежек и рабочих столовых. Если продукт покажет себя хорошо, разговор можно будет продолжить уже о постоянных поставках.