Девочка, к которой обратился пан Кацпер, негодующе зашипела.

— Этот топил котят и щенков. Их страдания наполняли его несчастную жизнь смыслом. Этот убивал прохожих и пьяных в подворотнях, чтобы прокормить себя. Работать он не хотел. Не по понятиям ему, видите ли, работать. Вон тот торговал собственной жопой, потому что за это больше платили. Самый маленький сбежал из дома, потому что родители не купили ему игрушку, а целый месяц потерпеть он не мог. Все они безымянные твари, отрёкшиеся от прошлой жизни ради сияющего Неверленда. Ведь там будет так хорошо. Там не будет горя и все будут жить в радости, и каждый день у них будут новые игры и много еды. Представляешь, Клаус? Горюшки едут туда, где их ждёт счастье! Но напоследок маму надо всё-таки съесть в качестве мести за то, что появились на свет, за то, что родились. Отомстить напоследок. Нагадить. Подленько, по-детски, по-человечески...

Самый старший ребёнок не выдержал и кинулся на проводника с ножом. Кацпер, будто того и ждал, вышиб у него нож и точно так же, как и первого, ловко макнул лицом во внутренности. Паренёк завизжал, размахивая руками, но старший проводник был сильнее и выше. Он крепко держал мальчишку за волосы и возил лицом по жареному мясу, приговаривая:

— Учишь вас, учишь… Уважать надо людей, а не жрать их. Запомни, сынок. Тебе это там пригодится, когда тебя местные в Неверленде со своими обычаями познакомят.

Остальные безымянные заверещали. Похватали с ближайших столов вилки, ножи, бутылки — всё, что под руку подвернулось, и кинулись освобождать своего вожака.

Клаус вскочил, ему показалось, что старшего проводника сейчас покалечат, но тот был готов и к такому повороту событий. Он просто поднял за волосы в воздух кричащего от боли мальчишку и бросил его в товарищей, устроив кучу-малу, о которую споткнулись спешащие к столу официанты.

Странные посетители вагона-ресторана зашумели, начали возмущаться, и вот уже похожий на бегемота здоровяк решил вступиться за пассажиров.

— А ну расступись, курвы! Я тут власть! — грозно призвал их к порядку пан Кацпер.

Его не послушались, и он схватился за дробовик.

*****

Клаус смутно помнил, как они возвращались в свой вагон. Что же там точно произошло? Пан Кацпер стрелял в потолок ресторана, а потом в пассажиров. Он быстро разогнал по углам недовольных и пинками погнал безымянных детишек на выход.

— Давайте, ублюдки, поторапливайтесь! — кричал он. — Ваша остановка приближается!

Дети кричали и плакали. Они пытались увильнуть, спрятаться, но старший проводник предугадывал каждый их шаг. Он раздавал затрещины направо и налево. Им пришлось подчиниться. Клаус подхватил со стола две оставшиеся в живых бутылки с алкоголем и побежал следом.