— Согласится, — подтвердил Гордеев. — Человек за девятьсот рублей на что угодно соглашается. А нам — триста рублей в руку, и пустой конверт на стол. Вся разница — в ста рублях и в одной подписи.

Семнадцатого ноября, в четверг утром, Сычёв вошёл ко мне в кабинет без стука — редкий случай, означающий, что новость не терпит даже тех пятнадцати секунд, которые обычно уходят у него на приветствие и усаживание.

— Павел Андреевич. Вот тут.

— Говорите, Фёдор Игнатьич.

— Источник только что доложил. В ближайшие два-три дня к вам пришлют человека с конвертом. При свидетелях. Имя источник не знает. Знает: из купечества третьей гильдии, вероятно — должник Тараса Лукича. Провокация, Павел Андреевич.

Я отложил перо.

Тридцать восемь лет жизни Ракитина в двадцать первом веке и восемь с половиной месяцев жизни Стрешнева в девятнадцатом складывались в этот момент в один точный профессиональный образ: дело заводится, свидетелей расставляют, конверт фиксируется, акт составляется, виновник выводится за пределы своего кабинета в Мещанскую или в Казань на десять лет. В Нижнеярске у меня был подрядчик, который в две тысячи семнадцатом принёс мне в кабинет коробку с тремя миллионами рублей за «ускорение согласования». Я тогда вышел из кабинета, вызвал двух коллег, вернулся, попросил подрядчика показать коробку ещё раз при свидетелях. Подрядчика посадили на четыре года. Меня, разумеется, вызывали в следственный комитет как свидетеля — три раза. Это был мой единственный опыт подобного рода, и, как оказалось, он мне ещё пригодится. В Нижнеярске у меня был диктофон в телефоне. Здесь будет Сычёв в углу кабинета. Эффективность сопоставима, надёжность — выше: Сычёв не разрядится, не повиснет и не потребует обновления программного обеспечения.

— Фёдор Игнатьич. Делаем следующее. Зовите сегодня же Тёркина и Рыбина Захара Степановича — обоих из управы. Скажите: просим задержаться в управе на три дня, срочно нужно прокомментировать проект постановления о порядке ведения городских дел. Платим им небольшие командировочные — по два рубля в день, из статьи «деловые нужды». Оба сядут в моём кабинете в задней стороне, за малым столом. На нём будет лежать проект постановления, чернильница, перо, чистый лист. Пусть правят и делают замечания. Для них это действительно полезная работа, они оба голосуют у нас «за», и мы их ждём в декабрьской думе союзниками.

— Запишу.

— Параллельно вы готовите бланк акта «о попытке подкупа должностного лица». Стандартный канцелярский формат: имя, звание, дата, время, обстоятельство, сумма, свидетели. Оставьте пустые места. Подпишется при необходимости. Бланк держите в верхнем ящике стола.