— Вот и славно. Даю вам здание бывшего склада возле главной площади. Переделаете под театр. Бюджет на первое время — триста рублей. Премьера через месяц.

Градский ушёл окрылённый, уже бормоча что-то про революцию в провинциальном театре. Через неделю он вернулся с половиной своей старой труппы — голодные, но талантливые актёры ухватились за шанс стабильной работы.

Параллельно я распорядился построить простейший стадион — ровное поле с беговыми дорожками, площадки для игры в мяч, турники и примитивные тренажёры из брёвен и камней. Людям требовалась физическая разрядка, не связанная с работой.

Чтобы поощрить интерес, я объявил о еженедельных соревнованиях с призами. За победу в беге — десять рублей. За победу в командной игре с мячом — по пять рублей каждому игроку победившей команды. Артели начали формировать свои команды, появилось здоровое соперничество.

А потом произошло то, чего я не планировал, но что обрадовало меня больше любых отчётов о производительности. В одном из бараков собрались несколько рабочих с музыкальными инструментами — гармонь, балалайка, гитара, даже какая-то дудка нашлась. Начали играть для себя, потом для соседей. Через неделю их «концерты» собирали по полсотни слушателей.

Старик Седаков, проходя мимо, заметил:

— Вот это правильно, воевода. Люди сами находят, чем душу занять. Не всё ж камни таскать да раствор месить.

Ещё забавнее вышло с состязаниями острословов в филиале «Кружки и кости». Началось с обычной перепалки двух плотников о том, чья артель криворукая. Но вместо драки они начали соревноваться в шутках и колкостях. Народу так понравилось, что Харитонов учредил еженедельные «бои на языках» — два добровольца выходят в круг и обмениваются шутками про артельную жизнь, стройку и начальство. Победителя выбирают криками и свистом. Приз — бесплатная выпивка на неделю.

Среди постоянных победителей выделился плотник из рязанской артели, Семён Говорун. После нескольких побед он перестал ждать соперников и начал выступать один — стоял на перевёрнутом ящике и час травил байки про артельную жизнь. Как фон Штайнер объясняет важность симметрии. Как новички путали светокамни с обычными и пытались их поджечь. Как новичок первый раз увидел Бздыха. Как Захар торговался с поставщиками.

Однако Семён не просто рассказывал — он разыгрывал целые сценки в лицах, меняя голоса, имитируя походки, корча рожи. Однажды изобразил спор трёх артельных старшин о том, кто будет класть фундамент общежития, так точно, что сами старшины смеялись громче всех. Через месяц на его «представления» собиралось по сотне человек, и Харитонов начал брать входную плату — пять копеек с человека, половина Семёну.