Федот наклонился вперёд, увлечённо жестикулируя:

— Командная работа — это вообще отдельная наука. Огневые пары: один стреляет, второй перезаряжается и следит за флангами. Потом меняются. Никогда не остаёшься без прикрытия и огневой поддержки.

— Сколько человек в идеальной группе? — уточнил я.

— Четыре-пять. Больше — неповоротливо, меньше — недостаточно огневой мощи. И все должны знать жестовые сигналы. Я выучил сорок два знака: «враг впереди», «обойти слева», «граната», «отступаем»… Бесшумное общение спасает жизни.

Боец достал из кармана исписанную тетрадь и положил на стол.

— Всё записал, воевода. Схемы, рисунки, пояснения. И ещё — ротация дозоров каждые три часа. Дольше — внимание притупляется, человек начинает видеть то, чего нет, или пропускать реальные угрозы.

Всё правильно — и про три часа дозора, и про признаки усталости часового. В моё время это входило в базовую подготовку любого воина, но здесь почему-то считается революционным знанием. Что ж, пусть будет революционным — главное, чтобы работало.

Я пролистал тетрадь. Аккуратные схемы, подробные описания, даже временные расчёты. Охотник подошёл к делу основательно, не просто запомнил, а понял принципы.

— Теперь о специальных приёмах, — продолжил Федот. — Ложное отступление с заранее подготовленными огневыми точками. Враг преследует «бегущих», попадает в «убойную зону» — сектор перекрёстного огня. В Перуне это называют «мышеловкой».

— И часто у них это срабатывает?

— Почти всегда. Люди теряют осторожность, когда думают, что враг бежит. А ещё дым и отвлекающие манёвры при штурме. Пока враг стреляет по теням в дыму, настоящая штурмовая группа заходит с фланга.

Я задумался. Всё это были простые, но эффективные приёмы.

— Что на твой можем внедрить немедленно? — спросил я прямо.

Собеседник выпрямился, в его глазах загорелся огонёк энтузиазма:

— Реорганизация дружины по принципу огневых групп. В каждой по пять человек. Каждая группа — самостоятельная боевая единица. Ежедневные тренировки по штурмовой тактике на макетах зданий. Обучение всех бойцов базовым жестовым сигналам — хотя бы двадцати основным.

Охотник встал и начал расхаживать по комнате, увлечённо размахивая руками:

— И учебный полигон, воевода! Для отработки штурма нужен полигон с макетами зданий. Не обязательно сложный — деревянные стены, окна, двери. Главное — отрабатывать движения до автоматизма.

— Долгосрочные планы? — я отхлёбнул остывший чай.

— Формирование специализированных отрядов. Штурмовая группа — восемь человек, лучшие в ближнем бою. Снайперская — четыре человека с лучшими стрелками. Разведывательная — шесть человек, самые незаметные и выносливые.