— Справедливое замечание, — признал я. — Среди моих многочисленных планов постройка основательного учебного комплекса занимала важное место. Просто не ожидал, что студенты хлынут к нам таким потоком ещё до получения лицензии.

— О, поверьте, это только начало. После вашего выступления в Новгороде половина простолюдинов Содружества мечтает отправить детей в Угрюм. Готовьтесь к наплыву.

Разговор прервал шум со стороны главных ворот — крики, скрип телег, детский плач. Я поднялся из-за стола, подошёл к окну. У ворот толпилось не меньше полусотни человек с баулами и сундуками.

— Галактион Борисович, вынужден прерваться. Похоже, очередная группа переселенцев прибыла.

— Удачи, маркграф. И подумайте о каменных зданиях. Серьёзно подумайте.

Отключившись, я вышел во двор. Наш администратор уже суетился возле ворот, что-то записывая в толстую тетрадь. Старик выглядел взъерошенным и уставшим.

— Захар! — окликнул я.

Он подбежал, вытирая вспотевший лоб рукавом:

— Прохор Игантич, беда! За последние три дня приехало сто сорок семь студентов и двадцать три преподавателя с семьями. Это не считая сегодняшних!

— Сколько всего людей?

— За последние месяцы с конца Гона около тысячи, — старик перелистнул страницы. — Население, считай, утроилось. Размещаем где только можем. В деревянных бараках уже по восемь-десять человек в комнате вместо положенных четырёх. Профессора с семьями ютятся в крестьянских избах.

— А местные?

Управляющий поморщился:

— Вот тут самое неприятное. Старожилы жалуются — новоприбывшие заняли все свободные дома. Цены на жильё взлетели втрое! Местные сдают углы в избах за такие деньги, что студенты уже ропщут. Вчера две семьи переселенцев подрались из-за сарая — представляете, сарая! — который хозяин согласился сдать под жильё.

Я выругался сквозь зубы. Ситуация выходила из-под контроля быстрее, чем я ожидал.

К нам подошёл Крылов. Начальник стражи выглядел мрачнее обычного:

— Прохор Игнатьевич, докладываю. Час назад произошла драка в трактире. Местные парни не поделили место с приезжими студентами. Трое пострадавших, один со сломанным носом.

— Студенты или наши?

— Двое студентов и один местный. Зачинщиков задержали, сидят в участке, — Григорий Мартынович потёр переносицу. — Но это только начало. Напряжение растёт. Если не решим вопрос с жильём, будет хуже.

Я кивнул:

— Собирайте руководство. Немедленно. Борис, Василиса, Полина, Арсеньев, Сазанов — всех ко мне в гостиную. Через полчаса.

Дом воеводы заполнился быстро. Борис пришёл первым, как всегда молчаливый и собранный. Следом влетела Василиса — растрёпанная, с пятнами алхимических реактивов на рукавах.