Ярослава закатила глаза:

— Это всего лишь остаточная некротическая энергия.

— Нет-нет! — Градский замахал руками. — Вы не понимаете! Это визуальная поэма о дуальности человеческой природы! Диалектическое единство противоположностей! Гегель бы заплакал от восторга!

Пока все обсуждали неожиданную находку, Скальд слетел с ближайшего дерева и уселся мне на плечо.

«Эй, скупердяй! А мне за участие в этом балагане что полагается?» — проворчал ворон в моих мыслях.

— Скальд тоже хочет сняться? — догадалась Полина.

«Не бесплатно же! — возмутился фамильяр. — Требую процент от прибыли! И орешки авансом!»

Когда я озвучил его требование, Ярослава расхохоталась:

— Даже птица понимает основы бизнеса лучше некоторых!

«Я не просто птица! — обиделся Скальд. — Я высокоинтеллектуальный магический фамильяр! Мой гонорар — три больших кристалла и мешок солёных орешков!»

«Один малый кристалл и горсть орешков», — предложил я.

«Два средних и полмешка!»

«Один средний, больше не дам».

«Грабёж! Эксплуатация! — заголосил ворон, но тут же добавил: — Ладно, согласен. Но орешки — только отборные!»

Пока мы препирались со Скальдом, Михаил снова включил артефакт. Теперь, зная об эффекте, он отрегулировал настройки, чтобы искажения выглядели контролируемо зловещими.

— Снимаем! — скомандовал Градский, войдя в азарт. — Дружина демонстрирует оружие!

Бойцы выполняли приёмы с клинками из Сумеречной стали, а тёмные отблески создавали впечатление, будто само оружие помнит уничтоженное зло. Эффект получался действительно впечатляющим.

— Теперь вы, маркграф! — режиссёр повернулся ко мне. — Просто скажите несколько слов о вашем оружии. Как сможете.

Я встал перед артефактом, держа глефу вертикально. Искажения окутывали лезвие призрачной дымкой. Говорить решил коротко и по существу:

— Два Кощея пали от этого оружия. Десятки Стриг уничтожены. Сотни Трухляков обращены в прах. Мы не обещаем лёгкой победы. Мы даём инструмент для выживания. — Сделал паузу, глядя прямо в записывающий артефакт. — Наше оружие проверено кровью Кощеев. Покупайте в «Угрюмых Арсеналах».

— Снято! — Михаил отключил устройство. — Получилось… необычно.

Градский смотрел на меня с новым уважением:

— Знаете, маркграф, в этой простоте есть своя сила. Никакой фальши, чистая правда.

— Которая продаёт лучше любых выдумок, — добавила Ярослава.

Полина светилась от счастья:

— Это будет потрясающая реклама! Спасибо всем!

Скальд недовольно каркнул:

«А меня даже не сняли! Где справедливость?»

«В следующий раз», — пообещал я.

«Следующий раз будет стоить дороже!» — предупредил ворон и улетел, ворча что-то о скупых хозяевах и недооценённых талантах.