– То, что я вчера вернулся домой за полночь, не имеет никакого отношения к нам с тобой, – говорю я.
– Я знаю.
– Правда?
– Ну конечно, глупыш. Ты меня любишь. Это написано у тебя на лбу большими буквами.
Я против воли расплываюсь в улыбке:
– Правда написано?
Забудьте все, что я тут наговорил. Есть ли на свете человек богаче меня?
– И что случилось? – спрашивает она.
Я решаю просто рассказать ей все как есть.
– Помнишь дело Виктории Белмонд?
Судя по лицу Молли, это совершенно не то, что она ожидала услышать.
– Это та богатая девушка, которую похитили?
– Угу.
– Надеюсь, это не ты ее похитил?
Черный юмор. Обожаю эту женщину.
– Э-э… нет, – говорю я. – Но я, возможно, некоторое время с ней встречался.
– Ого. – Молли склоняет голову набок. – Когда?
– Через два года после того, как ее похитили.
Она ждет продолжения. Его не следует.
– Ты серьезно?
– Двадцать два года назад я отправился в путешествие по Европе с компанией ребят из колледжа в честь его окончания.
– Ты мне когда-то говорил…
– Да, я помню.
– …Но до сегодняшнего дня я ни разу не слышала ни о какой девушке.
– Потому что наши пути тогда очень быстро разошлись. Я познакомился с девушкой по имени Анна. Мы встретились на Коста-дель-Соль, в Испании. Она мне понравилась, и я сказал ребятам, чтобы ехали дальше без меня, а сам остался с ней.
Я умолкаю.
– Сами…
– И сейчас, впервые за эти двадцать с лишним лет, я увидел ее снова.
– Анну?
– Да.
– Когда?
– Вчера вечером. Она пришла ко мне на занятие. А потом сбежала. Я попытался ее догнать, но…
Я качаю головой. Язык отказывается мне повиноваться.
Молли кладет ладонь мне на локоть.
– Эта Анна, – говорит она. – Ты что, считаешь, что она и есть Виктория Белмонд?
Когда я наконец нахожу в себе силы кивнуть, Молли, пораженная, откидывается на спинку стула. Я трясу головой. Потом выдавливаю:
– Да… нет, возможно. Я не знаю. Я до сих пор пытаюсь хоть что-то понять. Это какое-то… какое-то безумие.
– Все в порядке. Не переживай.
Я снова качаю головой.
– Ты был совсем мальчиком, – говорит Молли. – Даже если это и была она, ты же не знал. Откуда тебе было знать?
Я молчу.
Молли делает еще один заход:
– Тогда, в Испании, эта девушка… эта Анна… она не пыталась подать тебе какой-то знак?
Этот вопрос меня озадачивает.
– Знак?
– Что ее похитили. Что происходит что-то плохое или ее к чему-то принуждают?
Все ясно. Молли думает, я чувствую себя виноватым, потому что закрутил роман с похищенной девушкой и не уловил, что она находится в опасности. Как ни странно, до сих пор я об этом совершенно не думал, но, возможно, в словах Молли есть рациональное зерно.