Местные умельцы превосходно строили и на совесть чинили экипажи и телеги. Ковали крепко, создавая вещи для долгой службы. Для повседневных нужд — просто сокровище. А вот применительно к пневматической винтовке…

Мой чертеж требовал стабильного материала без изъянов. Сталь обязана вести себя предсказуемо по всей длине заготовки. Внешне идеальный металл должен сохранять плотность и внутри. Деталь должна держать одинаковые нагрузки и утром, и вечером, и после десятого выстрела.

Подобного уровня качества в мастерских не было. Местные мастера заточены были под совершенно дрцгие задачи. Взвесив в руке длинную, ладную, вполне приличную на вид стальную болванку, я с сожалением ее забраковал. Телегу она потянет прекрасно. Даже сгодится для крепкого гладкоствола, наверное. А использование ее в пневматике не получится, это как игра в рулетку.

Я хмыкнул, вспоминая интересную историю из своей жизни. Тогда я еще наивно полагал самыми опасными людьми на свете заказчиков корпоративных сувениров.

Заявился ко мне как-то один клиент, самоуверенный хозяин жизни. На годовщину фирмы ему понадобилась настольная безделушка: с виду обычный металлический куб, а внутри хитрый поворотный механизм. Нажимаешь грань — открывается крошечный тайник. Бесполезная вещь, зато баснословно дорогая.

Материал этот деятель приволок свой. С надутыми щеками вещал про «авиационный сплав» и «друга из оборонки». Одно это уже наводило на соответствующие мыли.

Интуиция не подвела. Снаружи сплав выглядел пристойно. Сначала резец шел мягко. Затем стружка поменяла звук на противный визг. При шлифовке край повело. На точной выборке угол украсился микротрещиной. Когда внутренняя механика была почти готова, этот проклятый «авиационный шедевр» выдал крошечный скол там, где толщина стенки доходила до критического минимума.

Выдав в эфир трехэтажную конструкцию, я отправился к унылому, скучному старику-поставщику. Этот дед никогда не бросался глупыми эпитетами, зато из его невзрачной чушки нужная деталь вышла с первой попытки.

Урок я тогда хорошо усвоил: металл, собственно как и человека, следует оценивать в соответствии с его поведением под жестким инструментом.

Здешняя ситуация повторяла тот сценарий. Русское железо оставалось неплохим. И это хорошо. Гораздо хуже, когда материал строит из себя чудо-сталь, а потом разлетается кусками в готовом изделии.

Вернув стальную чушку на место, я потянулся к бронзе, на первый взгляд весьма недурная. Для втулок или деталей со скользящей посадкой, почти идеальна. А в ювелирной механике ее применение вызывало серьезные опасения.